Игнатий брянчанинов об Иисусовой молитве читать

Самое детальное описание: игнатий брянчанинов об иисусовой молитве читать специально для посетителей нашего ресурса.

о « молитве Иисусовой »

«Если кто не прекословит помыслам, тайно всеваемым в нас врагом,
но молитвою к Богу отсекает беседу с ними,
то это служит признаком, что ум его обрёл по благодати премудрость…»

(Преп. Исаак Сирин. Сл. 30)

Почему мытарь не избрал для излияния сердца своего перед Богом какого-либо величественного и умилительного псалма, но обратился к столь краткой молитве и повторял её одну во время всего Богослужения? Отвечаем, заимствуя ответ у святых Отцов [ Святой Тихон Воронежский. Т. 14, письмо 4 ]:

«Когда прозябнет в душе истинное покаяние, когда явится в ней смирение и сокрушение духа по причине открывшейся очам её греховности, тогда многословие делается для неё несвойственным, невозможным. Сосредоточась в себя, устремив всё внимание на бедственное положение своё, она начинает вопиять к Богу какой-либо кратчайшею молитвою» .

Обширно зрелище греховности, когда оно подаётся человеку Богом: неизобразимо оно красноречием и многословием; точнее изображает его воздыхание и стенание души, облекаясь в кратчайшие и простейшие слова. Тот, кто желает раскрыть в себе глубокое чувство покаяния, употребляет в орудие к достижению такого состояния краткую молитву, произнося её со всевозможным вниманием и благоговением. Оставление многих слов, хотя и святых, способствует уму вполне освободиться от развлечения и всею силою своею устремиться к самовоззрению.

«В молитве твоей не позволяй себе многословить, — сказал святой Иоанн Лествичник , — чтоб ум твой не уклонился к рассматриванию слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно верное изречение спасло разбойника. Многословие в молитве часто приводит ум в рассеянность и мечтательность, а малословие обычно собирает его» (Лествица. Слово 28) [ Аскет. проповедь — Поучение 2-е в Неделю мытаря и фарисея. О молитве и покаянии ].

Основанием для упражнения молитвою Иисусовою служит поведение благоразумное и осторожное. Во–первых, должно устранить от себя изнеженность и наслаждения плотские во всех видах. Должно довольствоваться пищею и сном, постоянно умеренными… Одежда, жилище и все вообще вещественные принадлежности должны быть скромные… Святые Апостолы и истинные ученики их не приносили никаких жертв тщеславию и суетности, по обычаям мира… [ 1. 194. 2006 ].

Особенное попечение, попечение самое тщательное должно быть принято о благоустроении нравственности сообразно учению Евангелия. Опыт не заме́длит открыть уму молящегося теснейшую связь между заповедями Евангелия и молитвою Иисусовою. Эти заповеди служат для этой молитвы тем, чем служит елей для горящего светильника; без елея светильник… гаснет, разливая вокруг себя дым зловонный [ 1. 208. 2006 ].

При особенном действии рассеянности, печали, уныния, лености очень полезно совершать молитву Иисусову гласно… при усиленном нашествии помыслов и мечтаний плотского вожделения и гнева, когда от действия их разгорячится и закипит кровь [ 1. 243. 2006 ].

Пишете, что при начале упражнения в Иисусовой молитве бороли Вас только уныние и его порождения: отчаяние, недоумение, сон и прочее. Это хороший признак:

«пользу молитвы, — сказал святой Иоанн Лествичник , — можно заметить из бесовских препятствий, возникающих во время собрания» , т. е. молитвеннаго.

Вы, конечно, помните, что я Вам завещал внимать умом языку, тихо произносящему молитву, отнюдь не позволяя себе самочинно вдаваться в художество, описанное в «Добротолюбии», и превосходно сокращённое святым Нилом Сорским в следующие слова:

«во время Иисусовой молитвы тихо дыши, а не сильно: это способствует к собранию ума, что скажет самый опыт» [ Письмо 117 ].

Отец Небесный Сам подаёт всё нужное для временной жизни тому, кто ищет Царства Небесного, почему преподобные Отцы наши, оставив все прошения о земном, молились только об одном — об очищении от грехов. А как Господь, преподавая после Тайной Вечери ученикам Своим высочайшие заповеди, повелел призывать в молитвах Своё всесвятое Имя, то святые Отцы присовокупили прошение об отпущении грехов к имени Господа, и их молитвы были краткие, но Небо отверзающие слова:

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного».

Эта молитва делалась их непрестанным, почти единственным мысленным занятием.

«Имя Иисусово , — сказал один из них, — да соединится с дыханием твоим» .

Сам Апостол Павел говорит о себе:

«Я разсудил ничего не знать в вас, кроме Иисуса Христа, и притом распятого» .

Но чтоб вселился в нас Христос, это дело не одного дня или двух, сказал святый Иоанн Златоустый, но многих лет и годов. Притом, желающий стяжать Христа должен отречься от всего: нельзя работать мiру и вместе Богу [ Письмо 268 ].

Некоторые утверждают, что от упражнения Иисусовою молитвою всегда или почти всегда последует прелесть, и очень запрещают заниматься этою молитвою… В усвоении себе такой мысли и в таком запрещении заключается страшное богохульство, заключается достойная сожаления прелесть. Господь наш Иисус Христос есть единственный источник нашего спасения, единственное средство нашего спасения; человеческое имя Его заимствовало от Божества Его неограниченную, всесвятую силу спасать нас; как же эта сила, действующая во спасение, эта единственная сила, дарующая спасение, может извратиться и действовать в погибель? [ 1. 200. 2006 ].

Какое имеет значение во всех этих молитвах глагол помилуй или милостив будь ? Это — сознание человеком погибели его; это — ощущение той милости, того сожаления к себе, которые Господь заповедал нам ощущать к себе, и которые ощущаются очень немногими; это — отвержение собственного достоинства; это — прошение милости Божьей, без которой нет надежды спастись погибшему. Милость Божья есть не что иное, как благодать Всесвятого Духа [ Аскет. проповедь — Поучение 2-е в Неделю мытаря и фарисея. О молитве и покаянии ].

В упражнении молитвою Иисусовою есть свое начало, своя постепенность, свой конец бесконечный. Необходимо начинать упражнение с начала, а не с середины и не с конца [ 1. 207. 2006 ].

Начинают с середины те новоначальные, которые, прочитав в Отеческих писаниях наставление для упражнения в молитве Иисусовой, данное Отцами безмолвникам, то есть монахам, уже весьма преуспевшим в монашеском подвиге, необдуманно принимают это наставление в руководство своей деятельности. Начинают с середины те, которые без всякого предварительного приготовления усиливаются взойти умом в сердечный храм и оттуда воссылать молитву. С конца начинают те, которые ищут немедленно раскрыть в себе благодатную сладость молитвы и прочие благодатные действия её. Должно начинать с начала, то есть совершать молитву со вниманием и благоговением, с целью покаяния, заботясь единственно о том, чтобы эти три качества постоянно соприсутствовали молитве [ 1. 208. 2006 ].

Упражнение молитвой Иисусовой имеет два главнейших подразделения или периода, оканчивающиеся чистой молитвой. В первом периоде предоставляется молящемуся молиться при одном собственном усилии; благодать Божья несомненно содействует молящемуся благонамеренно, но она не обнаруживает своего присутствия. В это время страсти, сокровенные в сердце, приходят в движение и возводят делателя молитвы к мученическому подвигу, в котором побеждения и победы непрестанно сменяют друг друга, в котором свободное произволение человека и немощь его выражаются с ясностью.

Во втором периоде благодать Божья являет ощутительно своё присутствие и действие, соединяя ум с сердцем, доставляя возможность молиться непарительно или, что то же, без развлечения, с сердечным плачем и теплотой; при этом греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом. Чтобы достичь второго состояния, необходимо пройти сквозь первое, необходимо выказать и доказать основательность своего произволения и принести плод в терпении (Лк. 8. 15). Душой и целью молитвы в том и другом состоянии должно быть покаяние.

К преуспеянию в молитве покаяния должны стремиться все христиане. Напротив того, они ( святые отцы. — А.О. ) строго воспрещают преждевременное усилие взойти умом в святилище сердца для благодатной молитвы, когда эта молитва ещё не дана Богом.

Между сочувствием сердца уму и соединением ума с сердцем или схождением ума в сердце — величайшее различие.

Для новоначального искание места сердечного, то есть искание открыть в себе безвременно и преждевременно явственное действие благодати, есть начинание самое ошибочное, извращающее порядок, систему науки ( умного делания. — А.О. ) Такое начинание — начинание гордостное, безумное!.

Каждый поступок против смирения есть наветник и губитель молитвы.

Господь даёт чистую молитву тому, кто молится безленостно, много и постоянно своей оскверняемой развлечением молитвой (Лествица, Сл. 28, §21).

Не произноси молитв спешно, одну немедленно за другой, делай после каждой молитвы краткий отдых и тем способствуй уму сосре­доточиваться. Безостановочное произнесение молитв рассеивает ум. Переводи дыхание с осторожностью; дыши тихо и медленно: этот ме­ханизм охраняет от рассеянности. [ Предисловие к изданию полного собрания творений святителя Игнатия (Брянчанинова). 2013 г. ]

… Силой имени Иисусова освобождается ум от колебания, укрепляется воля, доставляется правильность ревности и прочим свойствам душевным; мыслям и чувствованиям богоугодным, мыслям и чувствованиям, принадлежащим непорочному естеству человеческому… Во имя Господа Иисуса даруется оживление душе, умерщвлённой грехом. Господь Иисус Христос — жизнь (Ин. 11, 25), и имя Его — живое: оно оживотворяет вопиющих им к Источнику жизни, Господу Иисусу Христу.

«Ради имени Твоего, Господи, оживи меня; ради правды Твоей выведи из напасти душу мою» (Пс. 142, 11) ; не отступим от Тебе: «и мы не отступим от Тебя; оживи нас, и мы будем призывать имя Твоё» (Пс. 79, 19) [ 2. 246. 1993 ].

Когда семьдесят меньших апостолов, посланные Господом на проповедь, возвратились к Нему по совершении возложенного на них служения, то с радостью возвестили Господу: «Господи, и беси повинуются нам о имени Твоем» (Лк. 10, 17) … Власть, данная Господом семидесяти ученикам Его, дана всем христианам (Мк. 16, 17) . Пользуйся ею, христианин! Посекай именем Иисусовым головы, то есть начальные проявления греха в помыслах, мечтаниях и ощущениях; уничтожь в себе владычество над тобой дьявола; уничтожь все влияние его на тебя; стяжи духовную свободу. Основание для подвига твоего — благодать святого Крещения; оружие — моление именем Иисуса [ 2. 250. 1993 ].

Святитель Игнатий Брянчанинов

Беседа старца с учеником (старцем называется в монастырях инок, руководствующий и наставляющий других иноков).

Ученик. Можно ли всем братиям в монастыре заниматься молитвою Иисусовою?

Старец. Не только можно, но и должно. При пострижении в монашество, когда новопостриженному вручаются четки, называемые при этом мечем духовным, завещается ему непрестанное, деннонощное моление молитвою Иисусовою (Предисловие схимонаха Василия Поляномерульскаго на главы блаженнаго Филофея Синайскаго. Житие и писания Молдавскаго старца, Паисия Величковскаго, изд. Оптиной пустыни. Москва 1847 г). Следовательно упражнение в молитве Иисусовой есть обет монаха. Исполнение обета есть обязанность, от которой нет возможности отречься.

Ученик. Суждение старца Серафима представляется мне слишком строгим.

Святый Варсонофий Великий говорит: «если внутреннее делание с Богом, то есть, осененное Божественною благодатию, не поможет человеку: то тщетно подвизается он наружным, то есть, телесным подвигом» (ответ 210). Святый Исаак Сирский: «не имеющий душевнаго делания, лишен духовных дарований» (Слово 56). В другом слове этот великий наставник христианскаго подвижичества уподобляет телесные подвиги, без подвига об очищении ума, ложеснам безплодным и сосцам изсохшим: «они, — сказал Святый, — не могут приближиться к разуму Божию» (слово 58).

Такому учению святых Отцов служит основанием, как зданию краеугольный камень, учение Самаго Господа. Истиннии поклонницы, — возвестил Господь, — поклоняются Отцу Духом и Истиною: ибо Отец таковых ищет поклоняющихся Ему. Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, Духом и Истиною достоит кланятися (Иоан. 4;1,23,24).

Помню: современные молодости моей некоторые благочестивые миряне, даже из дворян, проводившие очень простую жизнь, занимались Иисусовою молитвою. Этот драгоценный обычай, ныне, при общем ослаблении христианства и монашества, почти утратился. Моление именем Господа Иисуса Христа требует трезвенной, строго нравственной жизни, жизни странника, требует оставления пристрастий, а нам сделались нужными разсеянность, обширное знакомство, удовлетворение нашим многочисленным прихотям, благодетели и благодетельницы. Иисус уклонися, народу сущу на месте (Иоан.5,13).

Ученик. Последствием сказаннаго не будет ли заключение, что без упражнения молитвою Иисусовою не получается спасение?

Ученик. Направление современнаго монашества, при котором упражнение молитвою Иисусовою встречается очень редко, может ли послужить для меня извинением и оправданием, если я не буду заниматься ею?

Старец. Долг остается долгом, и обязанность обязанностию, хотя бы число неисполняющих еще более умножилось. Обет произносится всеми. Ни множество нарушителей обета, ни обычай нарушения, не дают законности нарушению. Мало то стадо, которому Отец Небесный благоволил царство (Лук. 12,32). Всегда тесный путь имеет мало путешественников, а широкий много (Матф. 7,13-14). В последния времена тесный путь оставится почти всеми, почти все пойдут по широкому. Из этого не следует, что широкий потеряет свойство вводить в пагубу, что тесный сделается излишним, ненужным для спасения. Желающий спастись непременно должен держаться теснаго пути, положительно завещаннаго Спасителем.

Ученик. Почему называешь ты тесным путем упражнение молитвою Иисусовою?

Старец. Как же не тесный путь? Тесный путь, в точном смысле слова! Желающий заняться успешно молитвою Иисусовою должен оградить себя, и извне, и внутри поведением самым благоразумным, самым осторожным: падшее естество наше готово ежечасно изменить нам, предать нас; падшие духи с особенным неистовством и коварством наветуют упражнение молитвою Иисусовою. Нередко из ничтожной, повидимому, неосторожности, из небрежности и самонадеянности непримеченных, возникает важное последствие, имеющее влияние на жизнь, на вечную участь подвижника, — и аще не Господь помогл бы ми, вмале вселилася бы во ад душа моя. Подвижеся нога моя: милость Твоя, Господи, помогаше ми (Пс. 93,17-18).

Путь истинной молитвы соделывается несравненно теснее, когда подвижник вступит на него деятельностию внутренняго человека. Когда же он вступит в эти теснины, и ощутит правильность, спасительность, необходимость такого положения; когда труд во внутренней клети соделается вожделенным для него: тогда соделается вожделенною и теснота по наружному жительству, как служащая обителию и хранилищем внутренней деятельности. Вступивший умом в подвиг молитвы, должен отречься и постоянно отрекаться как от всех помыслов и ощущений падшаго естества, так и от всех помыслов и ощущений, приносимых падшими духами, сколько бы ни были благовидными те и другие помыслы и ощущения: он должен идти постоянно тесным путем внимательнейшей молитвы, не уклоняясь ни налево, ни направо. Уклонением налево называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами суетными и греховными; уклонением направо называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами, повидимому благими.

Видео (кликните для воспроизведения).

О, как справедливо называют Отцы упражнение молитвою Иисусовою и тесным путем, и самоотвержением, и отречением от мира! (Преп. Нил Синайский, о молитве, гл.17,18,142. Добр.,ч.2). Эти достоинства принадлежат всякой внимательной и благоговейной молитве, по преимуществу же молитве Иисусовой, чуждой того разнообразия в форме и того многомыслия, которыя составляют принадлежность псалмопения и прочих молитвословий (Лествица, слово 28, гл.10).

Старец. Она состоит из следующих слов: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго. — Некоторые Отцы (Преп. авва Дорофей, житие преп. Досифея, преп. Григорий Синаит, Добр., ч.5) разделяют молитву, для новоначальных, на две половины, и повелевают с утра, примерно, до обеда говорить: Господи, Иисусе Христе, помилуй мя,- а после обеда: Сыне Божий, помилуй мя. Это — древнее предание. Но лучше приучиться, если то можно, к произношению цель- ной молитвы. Разделение допущено по снисхождению к немощи немощных и новоначальных.

Ученик. Помянуто ли о Иисусовой молитве в Священном Писании?

Ученик. Некоторые утверждают, что от упражнения Иисусовою молитвою всегда, или почти всегда последует прелесть, и очень запрещают заниматься этой молитвою.

Ученик. Но старцы, которых мнение приведено мною, пользуются особенною известностию, признаются многими за опытнейших наставников в духовной жизни.

Старец. Апостол заповедал — правильнее — заповедал устами Апостола Святый Дух отвергать всякое учение, не согласное с учением, которое благовествовали Апостолы, отвергать и тогда, когда бы Ангел с Небесе благовестил это несогласное учение (Гал.1,8-9: Аще мы, или Ангел с Небесе благовестит вам паче еже благовестихом вам, анафема да будет. Якоже пререкох, и ныне паки глаголю, аще кто вам благовестит паче еже приясте, анафема да будет). Так выразилось Священное Писание не потому, чтоб кто либо из святых Ангелов покусился противоречить учению Христову, но потому, что учение Христово, учение Божие, проповеданное Апостолами, вполне достоверно, вполне свято, не подлежит никаким изменениям, как бы не представлялись эти изменения основательными недостаточному, превратному знанию и плотскому мудрованию. Учение Христово, будучи превыше суда и человеков и Ангелов, принимается одною смиренною верою, и само служит тем камнем, которым испытуются все прочие учения.

Ученик. Однако святые Отцы очень остерегают занимающагося молитвою Иисусовою от прелести.

Ученик. Что в человеке, какое условие в нем самом, делает его способным к прелести?

Старец. Преподобный Григорий Синаит говорит: «вообще одна причина прелести — гордость» (Гл.131, Добр., ч.5). В гордости человеческой, которая есть самообольщение, диавол находит для себя удобное пристанище, и присоединяет свое обольщение к самообольщению человеческому. Всякий человек более или менее склонен к прелести: потому что самая чистая природа человеческая имеет в себе нечто горделивое (Пр. Макарий Великий, Беседа 7, гл.4).

Основательны предостережения отцов! Должно быть очень осмотрительным, должно очень охранять себя от самообольщения и прелести. В наше время, при совершенном оскудении Боговдохновенных наставников, нужна особенная осторожность, особенная бдительность над собою. Оне нужны при всех иноческих подвигах: наиболее нужны при молитвенном подвиге, который из всех подвигов — возвышеннейший, душеспасительнейший, наиболее наветуемый врагами (Пр.Макарий Великий, Слово 3, гл.2). Со страхом жительствуйте (Петр.1,17), — завещавает Апостол. В упражнении молитвою Иисусовою есть свое начало, своя постепенность свой конец безконечный. Необходимо начинать упражнение с начала, а не с середины и не с конца. Святейший Каллист, патриарх Константинопольский, живописуя духовные плоды этой молитвы, говорит: «Никто, из ненаученных тайнам или из требующих млека, услыша высокое учение о благодатном действии молитвы, да не осмелится прикоснуться к нему. Возбранена такая несвоевременная попытка. Покусившихся на нее, и взыскавших преждевременно того, что приходит в свое время, усиливающихся взойти в пристанище безстрастия в несоответствующем ему устроении, Отцы признают не иначе, как находящимися в умопомешательстве. Невозможно читать книг тому, кто не выучился грамоте» (Главы о молитве, гл. 8, Добр.,ч.5).

Ученик. Что значит начинать упражнение молитвою Иисусовою с середины и конца, и что значит начинать это упражнение с начала?

Ученик. Имеется ли какое верное средство к предохранению себя от прелести вообще, при всех подвигах монашеских, и в частности при упражнении молитвою Иисусовою?

Старец. Как гордость есть вообще причина прелести: так смирение — добродетель, прямо противоположная гордости — служит верным предостережением и предохранением от прелести. Святый Иоанн Лествичник назвал смирение погублением страстей (Лествица, заглавие 25 Слова). Очевидно, что в том, в ком не действуют страсти, в ком обузданы страсти, не может действовать и прелесть: потому что прелесть есть страстное или пристрастное уклонение души ко лжи на основании гордости.

При упражнении молитвою Иисусовою и вообще молитвою, вполне и со всею верностию предохраняет вид смирения, называемый плачем. Плач есть сердечное чувство покаяния, спасительной печали о греховности и разнообразной, многочисленной немощи человека. Плач есть дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно, которое Бог не уничижит (Пс.50,19), то есть, не предаст во власть и поругание демонам, как предается им сердце гордое, исполненное самомнения, самонадеянности, тщеславия. Плач есть та единственная жертва, которую Бог принимает от падшаго человеческаго духа, до обновления человеческаго духа Святым Божиим Духом. Да будет наша молитва проникнута чувством покаяния, да совокупится она с плачем, — и прелесть никогда не воздействует в нас.

Ныне, по причине совершенного оскудения духоносных наставников, подвижник молитвы вынужден исключительно руководствоваться Священным Писанием и писаниями Отцов (Пр.Нил Сорский, предисловие к преданию). Это — гораздо труднее. Новая причина для сугубаго плача!

Святитель Игнатий Брянчанинов. Аскетические опыты, том 1, стр. 203-2 27

Есть мнение, что Иисусову молитву – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго», – могут творить только монахи, а мирянам это духовное делание неполезно. Так ли это? Можно ли молиться Иисусовой молитвой мирянам? И как это делать с наибольшей духовной пользой? Что вообще значит для нас Иисусова молитва?

Иисусова молитва может и должна быть всегда с нами

– По мысли святителя Игнатия (Брянчанинова), занятие Иисусовой молитвой есть общехристианское делание. «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5: 17) – эти слова апостола Павла обращены ко всем христианам, без различия, монах ты или мирянин. Святитель Игнатий знал современников христиан из мирян, которые в делании Иисусовой молитвы достигали значительных успехов. Причина очевидна: в его время была живая духовная жизнь многих людей и возможность соприкоснуться с подлинным делателем молитвы Иисусовой, который мог научить сначала правильной, а потом и непрестанной молитве. Понятно, что духовными молитвенными центрами и школами были святые обители. Из них молитвенный опыт выходил и в мир, где его впитывали и совершенствовали лучшие из христиан.

Наше время стало другим, оно внесло в жизнь Церкви значительные особенности и изменения. Главная среди них – разрушенная традиция духовной жизни. Мы, современные христиане, в большинстве своем первопроходцы на пути духовном. Многие делания, главные из которых – жизнь по совету духовника, покаяние в грехах, несение креста, отсечение своей воли и, конечно, молитва – даются нам непросто, и ошибки здесь неизбежны. Но, как говорится, волков бояться – в лес не ходить.

Попробуем дать некоторые советы на тему Иисусовой молитвы не столько из личного опыта, которого почти ни у кого нет, сколько из духовных советов наших славных отцов и старцев.

Ум нужно заключать в слова молитвы, а сердце должно непрестанно пребывать в покаянии и плаче о грехах

  1. «Нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4: 12). На этих словах основана наша вера в великую благодатную силу имени Иисусова. Этим именем, по слову преподобного Иоанна Лествичника, нужно сокрушать всю силу наших врагов и супостатов. Ощущение и реальность духовной брани, необходимость Божественной помощи в деле спасения должны обращать каждого христианина к Иисусовой молитве.
  2. Упражнение в Иисусовой молитве – это продолжение общего молитвенного труда. «Сначала научись молиться правильно, – учит святитель Игнатий (Брянчанинов), – научившись правильно, молись постоянно». Без молитвы не может быть никакой духовной жизни. Молитва – это всегда труд и принуждение себя. Молитва как дар Божий дается только молящемуся. Со временем состояние скуки и сухости сердца сменится на духовную бодрость и желание молитвы. Благодатная внимательная молитва придет только к тому, кто смиренно и терпеливо совершает свои молитвенные правила, среди которых должна быть и молитва Иисусова.
  3. Полезно определить себе небольшое время для Иисусовой молитвы или количество молитв, для которого используют четки. Можно порекомендовать раз в неделю заменять утреннее и вечернее правила этой молитвой – 15 минут утром и вечером.
  4. Главное в Иисусовой молитве не количество, а качество. Запомним, что ум нужно заключать в слова молитвы, а сердце должно непрестанно пребывать в покаянии и плаче о грехах. Увлечение внешним молитвенным подвигом и особенно погоня за числом прочитанных молитв может привести к опасному состоянию, близкому к прелести. У отцов оно называется мнением.
  5. Некоторые боятся прелести от занятия Иисусовой молитвой. Прелесть – это удел гордых и своевольных людей. «Мы все в прелести», – так думает смиренный человек и обращается к Богу с покаянным молитвенным плачем. Смиренному невозможно пасть и быть прельщенным лукавыми духами.
  6. Замечательным подспорьем в Иисусовой молитве служит акафист Иисусу Сладчайшему. Обязательно его прочитывайте 2–3 раза в неделю.
  7. Для мирян Иисусова молитва всё-таки есть больше вспомогательное, а не основное молитвенное делание. Эта молитва может и должна быть всегда с нами. Ценность этой молитвы в ее краткости; ее можно совершать как устно, если позволяют условия и обстановка, так и умно, прочитывая ее внутри себя. Миряне много времени проводят в транспорте, в дороге, очередях, на прогулках, в трудах по дому. В данных занятиях нельзя терять драгоценного времени, а лучше делать необходимые дела и одновременно творить Иисусову молитву. Здесь самое главное – практика и старание.
  8. И, наверное, самое главное. Это связь Иисусовой молитвы с нашей жизнью. Как мы живем, так и молимся, и как молимся, так и живем. Для делателя молитвы Иисусовой требуется особая жизнь, в правильном понимании строгая. Главными препятствиями в молитве являются рассеянность и житейская суета. Не научиться Иисусовой молитве тому, кто привязан к TV и интернету, кто постоянно слушает музыку и не вылезает из соцсетей, кто любит веселые компании и пустые разговоры. Здесь для многих нужна остановка: слишком сильна привязка к миру и его удовольствиям. Всё это заполняет ум и сердце и не дает человеку правильно и цельно обратиться к Богу в молитве. Будем разумно менять жизнь, изгоняя из нее всё пустое и ненужное для духовного роста и плодотворной молитвы.

Через молитву Иисусову мы со Христом везде

Не научиться Иисусовой молитве тому, кто привязан к TV и интернету, кто не вылезает из соцсетей

– Иисусова молитва дана всем – и монахам, и мирянам. Христианин – это тот, кто всегда со Христом, а этому и служит молитва Иисусова. Посредством молитвы Иисусовой мы со Христом бываем везде – и в метро, и на заснеженных улицах, в магазине и на работе, среди друзей и посреди врагов: молитва Иисусова есть златая связь со Спасителем. Она спасает от отчаяния, не дает нам упасть мыслями в пропасть мирской пустоты, но, как огонек лампады, призывает к духовному бодрствованию и предстоянию перед Господом.

Обыкновенно наш ум занят самыми беспорядочными мыслями, они скачут, сменяют друг друга, не дают нам покоя; в сердце – такие же хаотичные чувства. Если не занять ум и сердце молитвой, то в них будут рождаться мысли и чувства греховные. Молитва Иисусова – это лекарство для души, больной страстями.

В Древнем Патерике приводится такое сравнение. Когда котел подогревается огнем, то на него не сядет ни одна муха со своими бактериями. А когда котел остывает, то по нему бегают разные насекомые. Так и душа, согреваемая молитвой Богу, оказывается недоступной дурному воздействию демонов. Душа искушается, когда остывает, когда огонек молитвы угас. А когда вновь молится, искушения рассеиваются. Это каждый может проверить на собственном опыте: в минуту скорби, когда гнетут проблемы или сердце разрывается от недобрых помыслов, стоит начать молиться Господу, произносить молитву Иисусову – и накал помыслов схлынет.

Молитва Иисусова крайне нужна именно мирянам. Она спасительна во многих бытовых ситуациях. Если ты чувствуешь, что сейчас взорвешься, выйдешь из себя, если тебе хочется произнести какое-то скверное слово или возникли нечистые пожелания, остановись и начни в уме произносить неспешно молитву Иисусову. Произноси ее со вниманием, благоговением, покаянием, и увидишь, как накал страстей уходит, всё внутри успокаивается, становится на свое место.

Если сказать прямо, то страстный человек – это человек, который не молится. Без молитвы ты никогда не будешь с Богом. А если не будешь с Богом, то что у тебя будет в душе? Молитва Иисусова – это самая доступная, простая по словам, но глубокая по содержанию молитва, которую ты можешь иметь в любом месте и в любое время.

Еще святые отцы называли молитву Иисусову царицей добродетелей, потому что она привлекает все остальные добродетели. Терпение и смирение, воздержание и целомудрие, милосердие и любовь – всё это связано с молитвой Иисусовой. Потому что она приобщает Христу, молящийся перенимает образ Христов, воспринимает от Господа добродетели.

Ни в коем случае нельзя произносить молитву Иисусову ради каких-то душевных восторгов

Есть, конечно, ряд ошибок, которые случаются с молящимися. Ни в коем случае нельзя произносить молитву Иисусову ради каких-то душевных восторгов или что-то представлять в воображении. Молитва Иисусова должна быть без образов, со вниманием к словам, наполнена благоговением и покаянным чувством. Такая молитва дисциплинирует ум и очищает сердце, душе становится легче, потому что уходят посторонние помыслы и хаотичные чувства.

Молитва Иисусова – это спасение для любого христианина, в какой бы ситуации он ни оказался.

Молитва Иисусова – ступеньки лестницы в Царствие Божие

– Об Иисусовой молитве для мирянина сказано очень много и святыми отцами, и современными опытными духовниками: она необходима. Но весь «секрет» ее заключается в том, что никакого секрета нет. И если мы сами себе эти «секреты» не придумываем, то сердечное и внимательное обращение к Господу в простоте и сокрушении, несомненно, будет содействовать нашему доброму прохождению пути христианской жизни. Здесь надо различать «делание умной молитвы» монахом под руководством опытного духовника (это отдельная тема, которой мы не будем сейчас касаться) и повторение молитвы мирянином во всякое время и во всякий час: вслух, если есть такая возможность, или про себя, если человек находится в общественном месте. Простота и сердечность, осознание своей немощи и всецелое предание себя в руки Божии – главное здесь, как и в любой молитве.

Но вот еще о чем, кажется, нужно сказать. Иногда даже эту простую молитву произносить очень сложно, и святитель Игнатий (Брянчанинов), например, определяет в этом случае «малую меру» необходимого, то есть внимание к произносимым словам в посильном приложении к ним своего сердца, пусть даже и с понуждением. Господь видит нашу тугу и борьбу и доброе произволение. Не может быть, чтобы всё время было легко, – это относится как к жизни вообще, так и к молитве. Иногда надо понудить себя, потрудиться, «пробиваясь» к Господу через собственную дебелость и уныние и смуту. И вот это делание уже всецело относится к сфере нашего доброго произволения, потому что никто у нас это стремление к Богу отнять не может, только бы оно (пусть даже и ослабевая в нас по временам) не прекращалось. И молитва Иисусова в этом случае – это те простейшие «узелки» на веревочной лестнице, по которой мы хоть и с трудом, но можем и должны постепенно взбираться горе, в Царствие Божие. А Господь, подавший нам эту «лестницу», разве не поможет, не поддержит, не укрепит? Конечно, поддержит, и наставит, и укрепит, только бы мы совершали свое восхождение с доверием и простотой, «не мечтая о себе ничего», но с усердием и постоянством.

V. Учение епископа Игнатия

Иисусова молитва, по мнению святых Отцов, есть «художество из художеств» — это есть то внутреннее духовное делание, которое превосходит все другие делания, возводя монаха к совершенству. Делание это велико и многотрудно и в то же время многоплодно. Истинная Иисусова молитва и плоды, которые она приносит, есть великий дар всеблагого Бога грешному человеку. Немногие подвижники сподобились получить этот дар. Святой Исаак Сирский говорит: «Не многие сподобились чистой молитвы, но малые: достигших же к таинству, совершающемуся после нее, и пришедших на другой берег (Иордана) едва встречается один из поколения в поколение, по благодати и благоволению Божию» [1913].

Епископ Игнатий, по нашему глубокому убеждению, в Русской земле и был одним из деятелей Иисусовой молитвы, который в совершенстве постиг это внутреннее делание и сподобился ощутить в своем сердце приносимые им плоды.

Видя почти полное оставление среди монашествующих правильного умного делания и чувствуя своим сердцем непреодолимое влечение к нему, епископ Игнатий долгие годы деятельно изучал Святоотеческие писания о Иисусовой молитве. Из-за отсутствия опытных руководителей в этом трудном делании, Владыке, по его собственному признанию, пришлось пережить много трудностей. Почти единственными его руководителями были писания святых Отцов. Великая рассудительность помогла Преосвященному Игнатию извлекать из творений древних учителей молитвы то, что можно было практически применить к условиям своей жизни. Истинное же смирение Владыки и сознание своей греховности помогли ему избежать многих сетей, встречающихся на трудном пути внутреннего делания.

Опытно постигнув делание Иисусовой молитвы и видя, что только этим путем можно достигнуть совершенства в духовной жизни, епископ Игнатий стремился возродить это спасительное делание среди монашествующих своего времени. С этой целью он написал для своих духовных чад несколько назидательных статей, в которых изложил учение о Иисусовой молитве. Как и все свои произведения, так и учение о молитве Иисусовой владыка Игнатий основывает на творениях святых Отцов. Страницы его статей об умном делании иногда сплошь испещрены святоотеческими цитатами.

Но достоинство произведений епископа Игнатия об Иисусовой молитве не только в том, что он извлек из Святоотеческой литературы все, что может быть применено для делателя Иисусовой молитвы в наши дни, но он со свойственной ему скромностью отобразил в своих статьях и свой многолетний опыт совершения умного делания. Его советы об умной молитве основаны на учении древних учителей молитвы и проверены собственным опытом, и поэтому они могут служить безошибочным руководством для делания умной молитвы.

Каждый инок, желающий научиться «художеству из художеств» — Иисусовой молитве, должен прежде всего хорошо изучить учение епископа Игнатия по этому вопросу и только затем приступать к деятельному исполнению Иисусовой молитвы и к чтению Святоотеческой литературы об умном делании.

Мнение епископа Игнатия о происхождении Иисусовой молитвы. Епископ Игнатий считал, что молитва Иисусова есть установление Божественное. Все наставления Христа Спасителя, данные Им в возвышеннейшей беседе перед крестными страданиями, имели характер «окончательного предсмертного завещания», в котором изложены «самые душеспасительные, окончательные заповеди, залоги достоверные и непогрешительные жизни вечной». Между этими заповедями дано и «заповедание» молиться именем Иисусовым.

Святые Апостолы еще при жизни Христа Спасителя знали силу Его имени, когда они, посланные Господом на проповедь, изгоняли Его именем бесов и исцеляли недужных. После Вознесения Христа Спасителя вера святых Апостолов в имя Иисуса Христа и благоговение к этому имени возросли неограниченно. Именем Господа св. Апостолы совершали многие дивные чудеса.

Первое чудо после Пятидесятницы было совершено св. Апостолами именем Иисуса Христа. Однажды, как повествует книга Деяний св. Апостолов, апостолы Петр и Иоанн пошли в Иерусалимский храм помолиться. Когда они проходили врата храма, называвшиеся «Красными», у этих ворот сидел хромой и просил милостыню. Этот несчастный был хром от чрева матери, он не мог ни ходить, ни стоять, его приносили ежедневно к названным вратам храма, где он просил подаяние для своего пропитания. Увидев идущих Апостолов, он стал просить у них милостыни. Св. апостол Петр сказал ему: «Сребра и злата несть у мене, но еже имам, сие ти даю: во имя Иисуса Христа, Назорея, восстани и ходи» (Деян. 3. 6). После этих слов хромой мгновенно исцелился, он встал и принялся громко прославлять Бога.

Синедрион был встревожен этим чудом, совершенным учениками Того, Кого он недавно предал на лютую смерть чрез распятие. Апостолы были схвачены и отданы под стражу. На следующий день их привели в собрание Синедриона и спросили: «Коею силою или коим именем сотвористе вы сие?» Тогда апостол Петр, исполнившись Духа Святого, отвечал: «Разумно буди всем вам и всем людем Израилевым, яко во имя Иисуса Христа, Назорея, Его же вы распясте, Его же Бог воскреси из мертвых, о Сем сей стоит пред вами здрав: несть бо иного имене под небесем, даннаго в человецех, о нем же подобает спастися нам» (Деян. 4. 10, 12).

Несмотря на явное чудо, Синедрион, ослепленный злобой к Иисусу Христу, с угрозою запретил Апостолам учить и даже говорить народу о имени Иисуса. На это апостолы Петр и Иоанн дерзновенно отвечали: «Аще праведно есть пред Богом вас послушати паче, нежели Бога, судите. Не можем бо мы, яже видехом и слышахом, не глаголати» (Деян. 4. 19, 20).

Пригрозив св. Апостолам, Синедрион был вынужден отпустить их, боясь народа, который был свидетелем совершенного им неслыханного чуда. Апостолы Петр и Иоанн, вернувшись к своим, поведали им обо всем случившемся. Выслушав их, все члены Иерусалимской Церкви вознесли общую молитву, которую закончили словами: «…Господи, призри на прещения их и даждь рабом Твоим со всяким дерзновением глаголати слово Твое, внегда руку Твою прострете Ти во исцеления, и знамением и чудесем бывати именем святым Отрока Твоего Иисуса» (Деян. 4. 29, 30). Вот одно из многих чудес, совершенных Апостолами именем Господа Иисуса Христа.

Правда, из Священного Писания нам неизвестно, каким образом Апостолы молились этим именем. Но епископ Игнатий предполагает, что «они молились им непременно». «Как могли они не молиться им, — пишет он, — когда это моление было преподано и заповедано Самим Господом, когда заповедание укреплено двукратным повторением и подтверждением его? Если умалчивает о сем Писание, то умалчивает единственно потому, что моление это было в общем употреблении, не нуждаясь в особом внесении в Писание по известности своей и общеупотребительности» [1914]. По этой же причине можно предположить, что и в дошедших до нас первохристианских памятниках нигде не говорится прямо о молении именем Иисуса, но лишь имеются об этом упоминания при изложении других вопросов.

Молитва Иисусова была в общем употреблении среди монашествующих древней Церкви. Молитвенное правило иноков состояло чаще всего из упражнения Иисусовой молитвой. Иисусова молитва — живое предание Церкви, она была общеизвестна для первых христиан и не требовала объяснений. Объяснения этой молитвы начали проявляться лишь по мере оскудения познания о ней. Краткие наставления или разъяснения о Иисусовой молитве были сделаны отцами — истинными делателями Иисусовой молитвы: святым Иоанном Златоустом, святым Василием Великим, преподобным Варсонофием Великим и преподобным Иоанном Лествичником.

Видео (кликните для воспроизведения).

В России о Иисусовой молитве писали преподобный Нил Сорский, священноинок Дорофей, схиархимандрит Паисий Величковский и преподобный Серафим Саровский.

Игнатий брянчанинов об Иисусовой молитве читать
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here