Кто пишет текст молитвы

Самое детальное описание: кто пишет текст молитвы специально для посетителей нашего ресурса.

Женская молитва. Как говорить — рабу или рабе?

Если открыть молитвослов, то мы увидим, что большая часть молитв написана от мужского лица. У новоначальных сестер, часто возникает вопрос — нужно ли в молитве менять на женский род слова, которые написаны от мужского лица? “Молитва — реальное общение с реальным Богом, ? отвечает иеромонах Иов (Гумеров), насельник Сретенского монастыря. ? Она должна быть живой и произносится от Вашего лица. Поэтому все грамматические формы, когда Вы молитесь в одиночестве, должны быть единственного числа женского рода. Если нет уверенности, можете поставить современные окончания. Ошибки не будет. Со временем можно узнать у сведущих людей.”

К словам о. Афанасия можно добавить, что многие православные женщины читают молитвы такими, какие они написаны в Молитвослове. То есть – ничего не меняют. И в этом нет большой необходимости. Главное – чтобы молитва была от души – из сердца!

Многие люди настолько пугаются даже допустить ошибку в словах молитвы, что сама молитва для них представляется неким заклинанием. Но, Бог является любящим Отцом, Ему не нужны «вычитывания» Ему хочется, прежде всего, чтобы христианское сердце было обращено к Нему.

Вот как учит Игнатий Брянчанинов — «Будьте свободны, зная, что правило для человека, а не человек для правила.»

Аналогично писал Преподобный Амвросий Оптинский — «Ты все заботишься о мелочной точности правила. Заботься больше о качестве молитвы и душевном мире, а в остальном больные должны более смиряться.»

Вера в Бога должна быть в сердце. Обряды, молитвы, посты — всё это придумали люди. Нуждается ли Господь в этом?

В поисках ответа обратимся к Божественному откровению. Первое обрядовое действие, которое упоминает святая Библия – жертвоприношение Авеля: он «принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его» (Быт.4:4). После потопа Ной, спасшийся с семьей в ковчеге, в знак благодарения «устроил жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике. И обонял Господь приятное благоухание» (Быт.8:20-21). Обратим внимание: обонял Господь приятное благоухание. Так говорит Слово Божие. В той же книге Бытия читаем: «Бог сказал Иакову: встань, пойди в Вефиль и живи там, и устрой там жертвенник Богу, явившемуся тебе» (35:1). Бог сказал Иакову: устрой там жертвенник Богу. Значит не люди придумали.

Иисус Христос, принес Себя на Голгофе за грехи всего мира. Этой единственной (в силу Божественного достоинства Христа) Жертвой Спаситель мира отменил все ветхозаветные вещественные жертвоприношения, но духовные жертвы в Новом Завете остались. Первоверховный апостол призывает: «как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом» (1Петр.2:5). Другой апостол, которого Господь назвал Мой избранный сосуд (Деян.9:15), говорит: «Итак будем через Него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих имя Его. Не забывайте также благотворения и общительности, ибо таковые жертвы благоугодны Богу» (Евр.13:15).

Теперь о молитве. Вновь обратимся к Священному Писанию. «И явился Господь Соломону ночью и сказал ему: Я услышал молитву твою и избрал Себе место сие в дом жертвоприношения Ныне очи Мои будут отверсты и уши Мои внимательны к молитве на месте сем. И ныне Я избрал и освятил дом сей, чтобы имя Мое было там во веки; и очи Мои и сердце Мое будут там во все дни» (2Пар.7:12-16). Священная история имеет множество примеров молитвы праведников к Господу. В Новом Завете все живет и дышит молитвой. Сам Господь дал образец совершенной молитвы: «Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах. » (Мф.6:9-13). Она так и называется — молитва Господня. Спаситель наш постоянно побуждает нас к молитве: «молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф.5:44); «молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою» (Мф.9:38); «все, чего ни попросите в молитве с верою, получите» (Мф.21:22); «бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение» ((Мф.26:41); «должно всегда молиться и не унывать» (Лк.18:1). Задумаемся: если святые апостолы, которым были открыты тайны духовной жизни, постоянно молились, можем ли мы что-нибудь возразить против их опыта: «Все они единодушно пребывали в молитве и молении» (Деян.1:14).

В письме утверждается, что не только обряды и молитвы, но и посты придумали люди. Верно ли? Сам Иисус Христос, воплотившийся Бог, перед началом проповеди Евангелия постился сорок дней и сорок ночей (Мф.4:2). Для чего Спаситель мира, Который не имел греха, постился? Чтобы научить нас. Господь призывает нас поститься с радостью: А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф.6:17-18). Как видим, Господь за истинный пост обещает награду от Отца Небесного.

Молитва — кто автор современных молитв?

Все знают о том, что существуют архитекторы, проектирующие новые храмы, иконописцы, пишущие иконы, и мастера, которые льют колокола. При этом о людях, составляющих новые молитвы и церковные службы, говорят очень редко. И это не случайно.

О новых молитвах и богослужебных последованиях говорят очень редко. Если же речь о них и заходит, то обсуждение бывает похоже на известную сцену булгаковского «Театрального романа»:

«— Леонтий Сергеевич сам сочинил пьесу!
— А зачем? — тревожно спросила Настасья Ивановна.
— Как зачем. Гм… гм…
— Разве уж и пьес не стало? — ласково-укоризненно спросила Настасья Ивановна. — Какие хорошие пьесы есть. И сколько их.
— Леонтий Леонтьевич современную пьесу сочинил!
Тут старушка встревожилась.
— Мы против властей не бунтуем, — сказала она».

И действительно, зачем нужны новые службы, если в приходской практике тексты существующих служб лишь сокращаются. Полуторачасовая литургия и двухчасовое всенощное бдение уже давно стали нормой. Если служить не сокращая, то на работу никто не успеет. Когда в 1912 году в Киевской духовной академии была отслужена «идеальная всенощная» — строго по уставу без пропусков и сокращений, — она продлилась около восьми часов. А тут еще какие-то новые тексты кто-то пишет.

На самом деле здесь все не так просто. Каждая эпоха говорит своим, только ей свойственным языком. И богатейшее наследие Козьмы Майумского, Андрея Критского, Иоанна Дамаскина, блаженной Кассии и других великих церковных песнотворцев не лишает наших современников права составлять новые богослужебные тексты, отражающие не только древнюю традицию, но и видение человека начала XXI века. К тому же в нашей жизни появляются новые реалии, освящение которых требует составления новых текстов. Еще в 50-годы ХХ века святитель Афанасий (Сахаров) составил молитву «О хотящих по воздуху путешествовать», так как гимнографы древности перспективу путешествий на самолете не предусмотрели. Составление новых служб стимулируется и новыми канонизациями. Ведь причисление к лику святых предполагает составление жития, написание иконы и составление службы.

Бытует мнение, что великие гимнографы жили в далеком прошлом, а сегодня возможны лишь эпигонские подражания. Это убеждение не создает благоприятного климата для творчества. Развитие богослужебной поэзии не осознается как литературный процесс. Критиков, размышляющих о том, как должен развиваться этот литературный жанр, в природе не существует. Хотя попытки изменить эту ситуацию предпринимаются. В интернете, например, существует ЖЖ «Уставщик», где размещено собрание самых разнообразных, в том числе и неопубликованных, богослужебных текстов. А с 2009 года проводятся конференции «Современная православная гимнография», целью которых является объединение создателей, редакторов и исследователей богослужебных текстов.

В связи с новыми службами естественно встает вопрос о том, на какой вариант языка должны ориентироваться их составители. В спорах о языке современного богослужения высказывалась мысль, что уже имеющиеся богослужебные тексты следует сохранить в том виде, как они есть, а вот новые можно писать по-русски. Действительно, при создании новой традиции и воспевании современного опыта святости пользоваться современным языком вроде бы естественно. Новые, не переведенные с церковнославянского русские тексты не будут производить впечатления нарочитого упрощения и стилистического снижения, что неизбежно при переводе. Однако более или менее серьезных опытов составления на русском языке новых служб не было.

Как это ни странно, в новосоставленных службах нередко встречаются сложные архаические конструкции, которые активно использовались во времена Кирилла и Мефодия, но впоследствии постепенно вышли из употребления и были заменены на более простые и понятные. Такая архаизация объясняется тем, что среди составителей и редакторов новых служб много филологов, которые студентами слишком хорошо изучили старославянский язык и теперь пытаются вставлять в богослужебные тексты те грамматические конструкции, на которых их когда-то срезали на экзаменах.

Однако большая часть текстов написана на упрощенном варианте церковнославянского языка — так, как писали церковные службы в XVIII-XIX веках. Здесь строго выдержаны грамматические правила, но порядок слов приближен к принятому в русском языке, нет малопонятных архаизмов и почти не используются слова, вызывающие затруднения у нашего современника.

Большая часть современных церковных служб посвящена святым, жившим в XX веке, то есть почти нашим современникам. Это позволяет авторам включать в богослужебные тексты отсылки к событиям совсем недавнего прошлого, а то и цитаты из исторических документов. Так, например, в стихирах патриарху Тихону активно используются отрывки из посланий святителя. Приведем лишь один пример: «Взываю к вам, архипастырие и пастырие, — вещал еси святе Тихоне, Патриарше наш. — Сыны мои и дщери во Христе, спешите с проповедию покаяния, противостаньте врагом Церкви силою веры нашея. Зовем вы на страдания вместе с собою словами святаго апостола: Кто ны разлучит от любве Божия». Эта стихира составлена из фрагментов двух патриарших посланий 1918 года — послания об анафематствовании творящих беззакония и гонителей веры и Церкви Православной («Взываю ко всем вам, архипастыри, пастыри, сыны мои и дщери о Христе: спешите с проповедью покаяния, с призывом к прекращению братоубийственных распрей и разрушения, с призывом к миру, тишине, к труду, любви и единению») и патриаршего послания по поводу Брестского мира («Станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери нашей…»).

Службы написаны далеко не всем святым, канонизированным в последние десятилетия. Поэтому до поры до времени им служат по общей минее, то есть используют универсальные службы мученику, исповеднику и т. д. Непригодность этих текстов для прославления святых нового времени очевидна. Ситуация гонений времен первых веков христианства слишком сильно отличается от того, что происходило во времена большевитских преследований. Именно поэтому для мучеников и исповедников XX века были написаны новые общие службы. Если дореволюционная Общая минея содержит службы по чинам святости (преподобному, мученику, Христа ради юродивому и т. д.), которые по необходимости являются максимально общими, то в новых общих службах возможна известная конкретика, привязывающая текст ко времени (первые три четверти XX века) и месту (большевистская Россия).

Авторам новых текстов приходится давать на церковнославянском языке имена тем реалиям, которые в службах, написанных раньше, не встречались. Например, хорошо известно, что помещения закрытых храмов очень часто использовали в качестве клубов. И в церковных службах говорится, что «безумнии богоборцы… храмы Божия в скверныя и позорищная места обратиша». К слову сказать, с необходимостью найти образы для обозначения реалий сталкиваются не только создатели служб, но и иконописцы. На иконе «Собор новомучеников и исповедников Российских» мы видим мучителей, головы которых украшают буденновки, в руках они держат винтовки со штыками и пистолеты.

Произойдет ли настоящее возрождение литургической поэзии, займет ли она свое место среди других жанров словесного творчества? Увеличится ли число ценителей русской гимнографии? Сейчас на этот вопрос нельзя ответить. Но можно вспомнить, что еще в середине XIX века на иконописцев смотрели как на ремесленников-эпигонов, а уже в XX веке стало можно говорить о заметном развитии языка иконы. Хотелось бы, чтобы XXI век стал веком нового открытия православной гимнографии.

Читая Священное Писание, а именно, Евангелие от Матфея ( 6:9-13 ), мы находим молитву «Отче наш», очень распространенную среди христиан, поскольку, эту молитву нам заповедовал сам Бог. Её поэтому часто называют и Господней молитвой. Заповедовал Он её тогда, когда сам молился, а ученики Его услышали молитву и попросили Его научить их молиться.

Самая популярная и распространенная молитва в христианстве — это Господня молитва, или, как её чаще всего называют Отче наш, по первым словам молитвы. Этой молитве научил нас Иисус Христос по просьбе учеников, на страницах Евангелия от Матвея 6:9-13

Также она встречается в Евангелии от Луки 11:2-4

Как видите они идентичны, есть лишь незначительные различия, которые можно предположить образовались из-за перевода, а возможно так запомнили евангелисты.

Я долгое время ходила в евангельскую и баптистскую церкви. Недавно приняла крещение в Православной Церкви. Долго к этому шла. Скажите, пожалуйста, можно ли молиться Богу своими словами, как я делала раньше, или же Бог слышит только (в чем я сомневаюсь) те молитвы, которые написаны в молитвословах?

В последующие века святые отцы также научают нас молиться не только установленными молитвами, но и собственными: «Для этого не столько нужно слово, сколько мысль, не столько простирание рук, сколько напряжение души, не столько известное положение тела, сколько расположение духа» (святитель Иоанн Златоуст). Наставления молящемуся своими собственными молитвами дает преподобный Иоанн Лествичник: «Не употребляй в молитве твоей премудрых выражений, ибо часто простой и неухищренный лепет детей был угоден Небесному Отцу их» (Лествица. 28: 9); «не старайся многословить, беседуя с Богом, чтобы ум твой не расточился на изыскание слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно изречение, исполненное веры, спасло разбойника. Многословие при молитве часто развлекает ум и наполняет его мечтаниями, а единословие обыкновенно собирает его» (Лествица. 28: 10).

Как правильно молиться собственными словами? Преподобный Никодим Святогорец пишет: «В молитве своей надлежит тебе совмещать те четыре действия, о которых пишет святитель Василий Великий: сначала восславословь Бога, потом возблагодари Его за благодеяния, тебе явленные, далее исповедуй Ему свои грехи и преступления заповедей Его и наконец испрашивай у Него потребного тебе, наипаче в деле спасения твоего» (Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 46: О молитве).

Самое главное, чтобы молитва была живой, искренней и теплой: «Хорошо на молитве сказать несколько своих слов, дышащих горячею верою и любовью ко Господу… И как приятен бывает Господу этот наш собственный лепет, исходящий прямо от верующего, любящего и благодарного сердца, пересказать нельзя: надобно только то сказать, что душа при своих словах к Богу трепещет радостью… Несколько слов скажешь, а блаженства вкусишь столько, что не получишь его в такой мере от самых длинных и трогательных молитв – чужих молитв, по привычке и искренно произносимых» (святой праведный Иоанн Кронштадтский). Об этом говорит и святитель Феофан Затворник: «Если душа бывает вяла и не сильна сама подняться к Богу, читайте на память какую-либо молитву, каждое слово несколько раз повторяя, чтоб разбить душу, как молотом. Когда же душа идет сама к Господу, не читайте никаких молитв заученных, а свою речь прямо ведите к Господу, начиная с благодарения за милости именно вам самим, потом и другое что нужно сказывая. Господь близь! Он внимает слову из сердца» (Письма. Вып. 7. Письмо 1083).

По-церковнославянски:

Отче наш, Иже еси ́ на небесе ́ х!
Да святи ́ тся имя Твое ́ ,
да прии ́ дет Ца ́ рствие Твое,
да будет воля Твоя,
я ́ ко на небеси ́ и на земли ́ .
Хлеб наш насу ́ щный даждь нам днесь;
и оста ́ ви нам до ́ лги наша,
я ́ коже и мы оставля ́ ем должнико ́ м нашим;
и не введи ́ нас во искушение,
но изба ́ ви нас от лука ́ ваго

Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
Да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
Хлеб наш насущный дай нам на сей день;
И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;
И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.
Ибо Твое есть Царство и сила и слава вовеки. Аминь. ( Мф., 6:9-13 )

Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
хлеб наш насущный подавай нам на каждый день;
и прости нам грехи наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему;
и не введи нас в искушение,
но избавь нас от лукавого.
( Лк., 11:2-4 )

Πάτερ ἡ μ ῶ ν, ὁ ἐ ν το ῖ ς ο ὐ ρανο ῖ ς.
ἁ γιασθήτω τ ὸ ὄ νομά σου,
ἐ λθέτω ἡ βασιλεία σου,
γενηθήτω τ ὸ θέλημά σου, ὡ ς ἐ ν ο ὐ ραν ῷ κα ὶ ἐ π ὶ γής.
Τ ὸ ν ἄ ρτον ἡ μ ῶ ν τ ὸ ν ἐ πιούσιον δ ὸ ς ἡ μ ῖ ν σήμερον.
Κα ὶ ἄ φες ἡ μ ῖ ν τ ὰ ὀ φειλήματα ἡ μ ῶ ν,
ὡ ς κα ὶ ἡ με ῖ ς ἀ φίεμεν το ῖ ς ὀ φειλέταις ἡ μ ῶ ν.
Κα ὶ μ ὴ ε ἰ σενέγκ ῃ ς ἡ μ ᾶ ς ε ἰ ς πειρασμόν,
ἀ λλ ὰ ρυσαι ἡ μ ᾶ ς ἀ π ὸ του πονηρου.
Подстрочник

По — латински:

Pater noster,
qui es in caelis,
sanctificetur nomen tuum.
Adveniat regnum tuum.
Fiat voluntas tua, sicut in caelo et in terra.
Panem nostrum quotidianum da nobis hodie.
Et dimitte nobis debita nostra,
sicut et nos dimittimus debitoribus nostris.
Et ne nos inducas in tentationem,
sed libera nos a malo.

По-английски (католическая литургическая версия)

Our Father who art in heaven,
hallowed be thy name.
Thy kingdom come.
Thy will be done
on earth as it is in heaven.
Give us this day our daily bread,
and forgive us our trespasses,
as we forgive those who trespass against us,
and lead us not into temptation,
but deliver us from evil.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

«Позволить людям называть Бога Отцом может только Сам Бог. Он даровал это право людям, сделав их сынами Божьми. И не смотря на то, что они удалились от Него и были в крайней злобе против Него, Он даровал забвение оскорблений и причастие благодати».

Молитва Господня приводится в Евангелиях в двух вариантах, более пространном в Евангелии от Матфея и кратком — в Евангелии от Луки. Различны и обстоятельства при которых Христос произносит текст молитвы. В Евангелии от Матфея «Отче наш» входит в состав Нагорной проповеди. Евангелист Лука пишет, что апостолы обратились к Спасителю: «Господи! Научи нас молиться, как и Иоанн научил учеников своих » (Лк. 11, 1).

Молитва Господня входит в состав ежедневного молитвенного правила и читается как во время Утренних молитв, так и Молитв на сон грядущим. Полный текст молитв приводится в Молитвословах, Канонниках и других сборниках молитв.

Тем, кто особенно занят и не может уделить молитве много времени, прп. Серафим Саровский дал особое правило. «Отче наш» в него также входит. Утром, днем и вечером нужно трижды прочесть «Отче наш», трижды «Богородице Дево» и один раз «Верую». Тем, кому по разным обстоятельствам невозможно выполнять и этого малого правила, преп. Серафим советовал читать его во всяком положении: и во время занятий, и на ходьбе, и даже в постели, представляя основанием для того слова Писания: «всякий, кто призовет имя Господне, спасется».

Существует обычай читать «Отче наш» перед едой наряду с другими молитвами (к примеру, «Очи всех на Тя, Господи, уповают, и Ты даеши им пищу во благовремении, отверзаеши Ты щедрую руку Твою и исполнявши всякое животное благоволения»).

Мы знаем много молитв, составленных святыми отцами. Есть и молитвы, повторяющие ангельские славословия. И есть одна молитва, словами которой заповедал нам обращаться к Богу Сам Христос. Это молитва «Отче наш». Большинство из нас знает ее текст наизусть, но эти слова нужно не только знать, их нужно понимать. Потому что духовная наука — это не таблица умножения, которую можно выучить и потом автоматически пользоваться. Она требует постоянного усилия, возвращения к тому, что мы уже знаем, чтобы оно оживлялось в нашем сознании и в нашем сердце. Что стоит за словами молитвы Господней, рассказывает епископ Смоленский и Вяземский ПАНТЕЛЕИМОН.

Горний Иерусалим. Фрагмент иконы Страшный суд 1580-1590, Сольвычегодск

Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.

Кроме текста молитвы «Отче наш», Господь в Нагорной проповеди оставил нам учение о том, как нужно молиться: «Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, который втайне. » (Мф. 6: 6).

Домашняя молитва должна совершаться в одиночестве. Нужно уметь оставаться наедине с Богом. Некоторые супруги, начиная совместную жизнь, читают вечерние и утренние молитвы вместе. И получается, что они лишают себя тайной молитвы, той, о которой говорится в Евангелии. Наверное, можно иногда почитать правило вместе. В некоторых монастырях бывает общее правило, но его всегда должна дополнять келейная молитва. И если человек не находит в своей жизни времени, чтобы помолиться Богу втайне, значит он не исполняет заповедь, данную нам Христом.

Домашняя, келейная молитва может быть разной. Это может быть чтение обычного правила, может быть чтение канонов, акафистов, может быть чтение Иисусовой молитвы. Когда мы собираемся вместе, чтобы помолиться в храме, мы молимся все вместе одними и теми же словами. Но, когда мы остаемся одни, мы можем выбрать ту молитву, которая больше помогает нам сосредоточиться и помнить о Боге. Мои слова не означают, что у нас вообще не должно быть молитвенного правила и что сегодня вечером мы можем почитать великое повечерие и сделать один поклон, а завтра можем сделать сто поклонов с Иисусовой молитвой. Нет. Нам, тем, кто не умеет молиться, какое-то правило все-таки нужно. Его необходимо выбрать вместе с духовником и придерживаться строго. Потому что совсем опустить правило могут только совершенные, святые люди. Некоторые из них вообще пребывают в безмолвии — есть такой вид молитвы, когда человек просто молчит перед Богом. Но мы нуждаемся в молитвенной азбуке. Нам нужно учиться читать по слогам — каждое утро и каждый вечер исполнять молитвенное правило, которое мы для себя определили.

Следующие слова в Нагорной проповеди тоже о том, как нужно молиться: «А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него» (Мф. 6: 7-8). Господь дает нам образец такой немногословной молитвы. Это молитва «Отче наш». Слова этой молитвы нельзя перевести на русский язык так, чтобы они сразу стали понятны — в них вложен очень глубокий смысл, который нам, земным, плотским людям не всегда бывает доступен. Именно поэтому над этой молитвой нужно размышлять, чтобы понять, как и о чем заповедал нам молиться Господь.

Начиная эту молитву, мы призываем Бога, называя Его Отцом. На литургии, перед тем как петь «Отче наш», священник возглашает: «. и сподоби нас, Владыко, со дерзновением, неосужденно, сметь называть Тебя Небесного Бога Отцом» (так переводится с церковнославянского языка это прошение). Этими словами мы просим у Бога благословение на то, чтобы называть Его Отцом.

Смиренно с покаянным чувством мы должны произносить эти первые слова Господней молитвы. Ведь когда мы подходим к Чаше, мы не называем себя «сын Божий Павел» или «дочь Божия Антонина», мы говорим «раб Божий Павел» и «раба Божия Антонина», а в молитве «Отче наш» — называем Бога Отцом.

Если вникнуть в эти слова, то понимаешь, что Бог не просто некое далекое и недоступное Существо, Которое не может понять наши беды и Которого мы все время просим о чем-то, как будто Он забыл о нас. Ведь так мы иногда думаем. Но в Священном Писании есть такие слова, где Господь говорит, что если и мать забудет свое грудное дитя, то Он нас не забудет. То есть Он любит нас больше, чем мать любит свое грудное дитя.

В словах «Отец наш Небесный» говорится о подлинном отцовстве. В них говорится об удивительной любви Божией к нам. Когда вспоминаешь об этой любви, становится легче жить, становится легче молиться. И еще, конечно, важно, что с самого начала этой молитвы Господь призывает нас молиться не только о себе, называя Бога «своим» Отцом, а призывает обращаться к Нему Отец «наш» — общий наш Отец. И мой Отец, и Отец китайца в Китае, и африканца в Африке, и бомжа, который ходит по улицам Москвы. Отец наш. Он Отец и тех, кто меня не любит, и тех, кого я считаю своими врагами, и Отец тех, кого я совсем не знаю.

Но, хотя мы и обращаемся к Богу, как к Отцу, это не должно быть дерзостью, фамильярностью. Мы должны сохранять благоговейное отношение к Богу. Святые отцы говорят, что, когда человек молится Богу, он должен себя представлять некой «малой пиявицей», то есть каким-то маленьким насекомым. Наименование Бога Отцом не подразумевает, что мы можем похлопать Его по плечу. Нет, конечно. Должно сохраняться благоговение, страх Божий. Помня о том, что Он Отец наш, мы должны считать себя недостойными этой любви Божией. И если прийти в некое трезвое состояние ума, мы поймем и почувствуем, что так оно и есть.

Очень важна последовательность наших просьб, обращенных к Богу. Первое, о чем мы просим Бога — чтобы святилось Его Имя. Это удивительные слова. Имя Божие, как говорили некоторые богословы в XX веке, это Сам Бог. Были такие люди, которых называли «имябожниками», и были другие, которые с ними не соглашались. Между теми и другими шла такая борьба, что дело доходило до рукопашных боев. На Афон был послан русский военный корабль, чтобы усмирить возмущение, которое там поднялось. Наверное, «имябожники» были не во всем правы, но их противники были не правы в еще большей степени. Имя Божие значит очень много. Это присутствие Бога в мире. Слова, которыми мы Бога называем: Вседержитель, Саваоф, Любовь, — это не просто слова. Имя Бога — это то, через что Бог являет себя нам. К этому нужно очень благоговейно относиться и просить, чтобы присутствие Бога через Его Имя являлось и освящало наш мир. Мир, который устремился за Адамом, совершившим грех. Мы просим о том, чтобы этот мир не отворачивался, не уходил от Бога.

Потом мы молимся о том, чтобы пришло Царство Божие. Однажды я спросил студенток нашего училища, хотят ли они прямо сейчас оказаться в Царствии Божием? Они ответили мне: «Нет, владыка, мы еще пожить хотим!» Но тем не менее мы просим в молитве «Отче наш», чтобы пришло Царство Божие. Царство Божие — это ведь не обязательно смерть. Во время совершения литургии приходит Царство Божие. Или когда мы встречаемся со святыми людьми — тоже приходит к нам Царство Божие. Оно является в нашей душе, когда мы читаем духовные книги. Оно может внезапно озарить нашу душу, наше сердце смыслом. Так тоже бывает. И вне этого Царства нет жизни. Вне его — мрак. Вне Царства Божьего умирающий мир, который идет к концу, к вечному страданию. Поэтому мы просим, чтобы Царство Божие пришло. Не надо вкладывать в эти слова такой смысл, будто мы хотим завтра умереть и оказаться в Царствии Божием. Нет. Это у нас не получится, туда нельзя войти не готовым. Но это Царство должно прийти и принести мир и покой в нашу мятущуюся душу, ведь там, где мир, там и Царство Божие. Оно должно прийти к нам радостью, благодатью. Об этом мы просим.

Следующее наше прошение — чтобы Воля Божия совершалась на земле так же, как и на небе. Мы дерзаем произносить эти слова и говорим их без горечи. Хотя обычно нам трудно смиряться с чужой волей. Детям, когда они спорят, трудно согласиться с волей другого. Даже жена с мужем, которые любят друг друга, иной раз спорят из-за какой-то ерунды. Сказать «ладно, пусть будет, как ты хочешь» — очень трудно. Из-за этого на земле начинаются войны, распадаются семьи, рушится дружба — все из-за того, что каждый хочет настоять на своем. Иногда это принцип, иногда выгода, иногда пристрастие. Очень трудно смириться с чужой волей. Но сказать Богу «да будет воля Твоя» очень легко. Потому что Его воля — это благая воля. Это воля, которая хочет не поработить нас, не лишить нас свободы, а, наоборот, дать нам свободу. Потому что только в Боге, в Его воле, мы обретаем свободу. Эта воля благая и совершенная. И конечно, нужно искать эту волю. Если мы не стараемся узнать волю Божию, тогда мы зря говорим эти слова, они оказываются для нас пустыми и фальшивыми.

К сожалению, в наше время очень часто люди молятся формально, механически. Но мы должны не просто повторять слова молитвы «Отче наш», как это делают дети, а вдумываться каждый раз в их смысл. Не стоит успокаиваться, прочитав эту статью. Обязательно нужно читать толкования святых, спрашивать других людей, как они молятся этой молитвой. Какие смыслы они вкладывают в эти слова, о чем они просят. Потому что молитва — это не произнесение вслух или про себя древних магических формул, тайных волшебных звукосочетаний. Молитва — это обращение ума и сердца к Богу с помощью слов, имеющих глубочайший смысл, который должен быть осознан и прочувствован молящимся. «Отче наш» — это не только одно из важнейших молитвословий, употребляемых Церковью. Это данный самим Богом совершенный образец правильного молитвенного устроения души, это выраженная в емких словах заповеданная Христом система жизненных приоритетов.

Записала Екатерина СТЕПАНОВА

Считается, что молитвы писали святые, которые жили еще во времена Христа. Множество молитв присутствует в библейском писании в Новом Завете, например, молитва «Отче наш…». Она считается молитвой Господа. Именно такой молитве научил своих учеников сын Божий Иисус Христос. Кроме того, многие ученики после смерти и воскрешения своего учителя стали писать собственные молитвенные тексты, которые и приведены в библии. Многие верующие всего мира читают и заучивают именно молитвы учеников Иисуса Христа.

Существуют молитвы, которые чудесным образом смогли услышать люди от святых Ангелов. Сии откровения были дарованы людям, имеющим чистую душу и сердце. Услышав, люди перекладывали на бумагу тексты, передавали из поколения в поколение. К таким молитвам можно отнести, например, молитву Пресвятой Богородице.

Нужно отметить, что молитвы писали, прежде всего, сами люди. Например, в библейском тексте Израильский царь Давид с открытой душой обращается к Богу своими словами, которые и называются молитвой.

Множество молитв на разные случаи жизни были написаны служителями Церкви специально для создания прекрасных молитвенных образцов. Для верующих существует специальный Молитвослов, где содержатся различные молитвы, причем известно, что Молитвослов создавался специально с целью упорядочить молитвы, известно, что часть текстов, которые передавались из уст в уста, были признанны негодными для канонизации, часть была существенно отредактирована «святыми отцами». Более того, львиная доля воззваний и прошений – тексты переводные, за что христиан нередко упрекают мусульмане, которые, как и столетия назад, обращаются к Аллаху только по-арабски.

Впрочем, православная традиция позволяет опираться не только на библейский текст, но и создавать свои собственные молитвенные тексты. Такая традиция считается вольностью в религиозных кругах, но, тем не менее, она прочно укоренилась в кругу православных верующих. Они могут писать собственные тексты, которые, считается, гораздо полезнее, нежели бездумно заученные формулы. Именно поэтому только в христианстве есть детские молитвы, детская Библия и пр. православные верят, что когда человек будет молиться своими собственными словами, степень близости и единения с Богом будет больше, а потому человек сможет быстрее найти успокоение и гармонию в своей душе.

Все знают о том, что существуют архитекторы, проектирующие новые храмы, иконописцы, пишущие иконы, и мастера, которые льют колокола. При этом о людях, составляющих новые молитвы и церковные службы, говорят очень редко. И это не случайно.

О новых молитвах и богослужебных последованиях говорят очень редко. Если же речь о них и заходит, то обсуждение бывает похоже на известную сцену булгаковского «Театрального романа»:

«— Леонтий Сергеевич сам сочинил пьесу!
— А зачем? — тревожно спросила Настасья Ивановна.
— Как зачем. Гм. гм.
— Разве уж и пьес не стало? — ласково-укоризненно спросила Настасья Ивановна. — Какие хорошие пьесы есть. И сколько их.
— Леонтий Леонтьевич современную пьесу сочинил!
Тут старушка встревожилась.
— Мы против властей не бунтуем, — сказала она».

И действительно, зачем нужны новые службы, если в приходской практике тексты существующих служб лишь сокращаются. Полуторачасовая литургия и двухчасовое всенощное бдение уже давно стали нормой. Если служить не сокращая, то на работу никто не успеет. Когда в 1912 году в Киевской духовной академии была отслужена «идеальная всенощная» — строго по уставу без пропусков и сокращений, — она продлилась около восьми часов. А тут еще какие-то новые тексты кто-то пишет.

На самом деле здесь все не так просто. Каждая эпоха говорит своим, только ей свойственным языком. И богатейшее наследие Козьмы Майумского, Андрея Критского, Иоанна Дамаскина, блаженной Кассии и других великих церковных песнотворцев не лишает наших современников права составлять новые богослужебные тексты, отражающие не только древнюю традицию, но и видение человека начала XXI века. К тому же в нашей жизни появляются новые реалии, освящение которых требует составления новых текстов. Еще в 50-годы ХХ века святитель Афанасий (Сахаров) составил молитву «О хотящих по воздуху путешествовать», так как гимнографы древности перспективу путешествий на самолете не предусмотрели. Составление новых служб стимулируется и новыми канонизациями. Ведь причисление к лику святых предполагает составление жития, написание иконы и составление службы.

Бытует мнение, что великие гимнографы жили в далеком прошлом, а сегодня возможны лишь эпигонские подражания. Это убеждение не создает благоприятного климата для творчества. Развитие богослужебной поэзии не осознается как литературный процесс. Критиков, размышляющих о том, как должен развиваться этот литературный жанр, в природе не существует. Хотя попытки изменить эту ситуацию предпринимаются. В интернете, например, существует ЖЖ «Уставщик» (http://ustavschik.livejournal.com), где размещено собрание самых разнообразных, в том числе и неопубликованных, богослужебных текстов. А с 2009 года проводятся конференции «Современная православная гимнография», целью которых является объединение создателей, редакторов и исследователей богослужебных текстов.

В связи с новыми службами естественно встает вопрос о том, на какой вариант языка должны ориентироваться их составители. В спорах о языке современного богослужения высказывалась мысль, что уже имеющиеся богослужебные тексты следует сохранить в том виде, как они есть, а вот новые можно писать по-русски. Действительно, при создании новой традиции и воспевании современного опыта святости пользоваться современным языком вроде бы естественно. Новые, не переведенные с церковнославянского русские тексты не будут производить впечатления нарочитого упрощения и стилистического снижения, что неизбежно при переводе. Однако более или менее серьезных опытов составления на русском языке новых служб не было.

Как это ни странно, в новосоставленных службах нередко встречаются сложные архаические конструкции, которые активно использовались во времена Кирилла и Мефодия, но впоследствии постепенно вышли из употребления и были заменены на более простые и понятные. Такая архаизация объясняется тем, что среди составителей и редакторов новых служб много филологов, которые студентами слишком хорошо изучили старославянский язык и теперь пытаются вставлять в богослужебные тексты те грамматические конструкции, на которых их когда-то срезали на экзаменах.

Однако большая часть текстов написана на упрощенном варианте церковнославянского языка — так, как писали церковные службы в XVIII-XIX веках. Здесь строго выдержаны грамматические правила, но порядок слов приближен к принятому в русском языке, нет малопонятных архаизмов и почти не используются слова, вызывающие затруднения у нашего современника.

Большая часть современных церковных служб посвящена святым, жившим в XX веке, то есть почти нашим современникам. Это позволяет авторам включать в богослужебные тексты отсылки к событиям совсем недавнего прошлого, а то и цитаты из исторических документов. Так, например, в стихирах патриарху Тихону активно используются отрывки из посланий святителя. Приведем лишь один пример: «Взываю к вам, архипастырие и пастырие, — вещал еси святе Тихоне, Патриарше наш. — Сыны мои и дщери во Христе, спешите с проповедию покаяния, противостаньте врагом Церкви силою веры нашея. Зовем вы на страдания вместе с собою словами святаго апостола: Кто ны разлучит от любве Божия». Эта стихира составлена из фрагментов двух патриарших посланий 1918 года — послания об анафематствовании творящих беззакония и гонителей веры и Церкви Православной («Взываю ко всем вам, архипастыри, пастыри, сыны мои и дщери о Христе: спешите с проповедью покаяния, с призывом к прекращению братоубийственных распрей и разрушения, с призывом к миру, тишине, к труду, любви и единению») и патриаршего послания по поводу Брестского мира («Станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери нашей…»).

Службы написаны далеко не всем святым, канонизированным в последние десятилетия. Поэтому до поры до времени им служат по общей минее, то есть используют универсальные службы мученику, исповеднику и т. д. Непригодность этих текстов для прославления святых нового времени очевидна. Ситуация гонений времен первых веков христианства слишком сильно отличается от того, что происходило во времена большевитских преследований. Именно поэтому для мучеников и исповедников XX века были написаны новые общие службы. Если дореволюционная Общая минея содержит службы по чинам святости (преподобному, мученику, Христа ради юродивому и т. д.), которые по необходимости являются максимально общими, то в новых общих службах возможна известная конкретика, привязывающая текст ко времени (первые три четверти XX века) и месту (большевистская Россия).

Авторам новых текстов приходится давать на церковнославянском языке имена тем реалиям, которые в службах, написанных раньше, не встречались. Например, хорошо известно, что помещения закрытых храмов очень часто использовали в качестве клубов. И в церковных службах говорится, что «безумнии богоборцы. храмы Божия в скверныя и позорищная места обратиша». К слову сказать, с необходимостью найти образы для обозначения реалий сталкиваются не только создатели служб, но и иконописцы. На иконе «Собор новомучеников и исповедников Российских» мы видим мучителей, головы которых украшают буденновки, в руках они держат винтовки со штыками и пистолеты.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Произойдет ли настоящее возрождение литургической поэзии, займет ли она свое место среди других жанров словесного творчества? Увеличится ли число ценителей русской гимнографии? Сейчас на этот вопрос нельзя ответить. Но можно вспомнить, что еще в середине XIX века на иконописцев смотрели как на ремесленников-эпигонов, а уже в XX веке стало можно говорить о заметном развитии языка иконы. Хотелось бы, чтобы XXI век стал веком нового открытия православной гимнографии.

Кто пишет текст молитвы
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here