О молитве Иисусовой сборник

Самое детальное описание: о молитве иисусовой сборник специально для посетителей нашего ресурса.

Во второй части книги опубликованы беседы Сергея Николаевича Большакова с иноками и мирянами о духовной жизни и молитве Иисусовой. Переписка святителя Феофана Затворника с отцами Германом и Агапием, а также беседы С.Н. Большакова с делателями Иисусовой молитвы ХХ века имеют непреходящее значение для современного читателя.

В беседах запечатлён бесценный духовный опыт великих подвижников православия, который, предохраняя от ошибок и ложного понимания духовной жизни, наставляет на истинный путь спасения.

«Что такое молитва? В чем ее сущность? Как научиться ей? Что переживает дух молящегося в смирении сердца христианина?

Все такие вопросы должны бы постоянно занимать и ум и сердце верующего, ибо в молитве человек беседует с Богом, входит с Ним в благодатное общение и живет в Боге. И святые отцы и учители Церкви дают ответы на все эти вопросы, ответы, основанные на благодатном озарении через опыт молитвенного делания, опыт, одинаково доступный и простецу и мудрецу» (Еп. Никон).

«Всякому христианину нужно всегда помнить, что ему необходимо соединиться с Господом Спасителем всем существом своим, надобно дать Ему вселиться в уме и сердце нашем, а к такому соединению с Господом, после причащения Тела и Крови Его, лучшее и надежнейшее средство есть умная молитва Иисусова.

Обязательна ли молитва Иисусова и для мирян? Непременно обязательна, потому что всякому христианину, как сказано выше, необходимо соединиться с Господом в сердце, а к сему соединению лучшим способом служит молитва Иисусова» (Еп. Иустин).

Иноку же, при пострижении его в монашество, когда вручаются четки, называемые при этом мечом духовным, завещается непрестанное, денно-нощное моление молитвою Иисусовою.

По вступлении моем в обитель, я возревновал о сем завещании для иноков и был руководим в этом своим старцем А., который разрешал все мои недоумения, встречающиеся при молитве. По смерти же старца, за разрешением недоумений я был вынужден прибегать к писаниям богомудрых отцов. Извлекая из них существенное о молитве Иисусовой, я записывал все это в свою тетрадь, и, таким образом, с течением времени у меня составился сборник о молитве.

Материал сборника разрастался из года в год, и потому он не имеет строго систематического порядка и последовательности предметов; он служил лично для меня, как справочник.

Теперь мне пришла мысль издать мой сборник или справочник, в надежде на то, что, быть может, он окажет помощь тем, кои ищут руководства для усовершенствования своей внутренней духовной жизни, и приведенные в сборнике мудрые советы св. отцов и современных нам подвижников помогут им в их добром намерении.

В сборнике встречаются повторения одного и того же; это – от искреннего желания сильнее запечатлеть в уме все то, о чем пишется. Все же, передаваемое от сердечного убеждения, должно иметь живейший интерес, тем более нужный в нынешние времена, когда повсюду наблюдается крайнее оскудение всяких стремлений в области духовной жизни.

Итак, цель издания нашего сборника та, чтобы всевозможными и разнообразными способами и многократными повторениями именно уяснить способ производства Иисусовой молитвы, показать всю ее нужду и необходимость в деле нашего духовного служения Богу. Словом – напомнить как современному монашеству, так и всем ревнующим о своем душевном спасении, древле-отеческое учение о умном делании и о борьбе со страстьми, тем более, что ныне о молитве Иисусовой, по словам еп. Игнатия, «люди, большею частью, имеют самое темное, сбивчивое понятие. Иные, считающие себя за одаренных духовным рассуждением и почитаемые многими за таковых, «боятся» этой молитвы, как какой заразы, приводя в причину прелесть» – будто бы непременную спутницу упражнения молитвою Иисусовою, сами удаляются от нее и других учат удаляться». Далее еп. Игнатий говорит: «Изобретатель такого учения, по моему мнению, диавол, которому ненавистно имя Господа Иисуса Христа, как сокрушающего всю его силу; он трепещет этого всесильного имени и потому оклеветал Его пред многими христианами, чтобы они отвергли оружие пламенное, страшное для врага, спасительное для них самих».

Посему у составителя и явилась насущная потребность собрать все необходимое для разъяснения этого духовного делания и встречающихся при этом недоумений. Сам же собиратель, не смея и подумать назвать себя «умным молитвенником», осмелился лишь извлечь из сокровищницы св. отцов их богомудрые советы о непрестанной молитве, советы, необходимые, как воздух дыханию нашему, всем ревнующим о своем спасении.

В настоящий сборник об умном делании, по вопросу о молитве, входит около четырехсот изречений св. отцов и современных нам подвижников и, кроме того, целые поучения опытных в молитвенном подвиге подвижников благочестия, как то: Святителя Димитрия Ростовского, Архимандрита Паисия (Величковского), Старца схимонаха Василия и других делателей священной молитвы Иисусовой.

В конце этой книги вниманию читателей предлагается указатель, в котором перечисляются приведенные здесь изречения отцов, с указанием авторов и книг, откуда позаимствованы сии изречения, с ссылкою на страницы настоящего сборника, на которых они напечатаны.

Валаам, 27 июля 1936 г. Игумен Харитон.

В предлагаемом читателю сборнике собраны письма святителя Феофана Затворника, написанные им к схиигумену Герману (Гомзину) и к валаамскому схимонаху Агапию (Молодяшину), а также письма о. Агапия к о. Герману и наставления «О молитве Иисусовой, словесно, умно и сердечно совершаемой», составленные схимонахом Агапием и его сподвижниками, просмотренные и исправленные святителем Феофаном, затворником Вышенским. Во второй части книги опубликованы беседы С. Н. Большакова с иноками и мирянами о духовной жизни и молитве Иисусовой. Переписка святителя Феофана Затворника с отцами Германом и Агапием, а также беседы С. Н. Большакова с делателями Иисусовой молитвы XX века имеют непреходящее значение для современного читателя. В них запечатлён бесценный духовный опыт великих подвижников Православия, который, предохраняя от ошибок и ложного понимания духовной жизни, наставляет на истинный, узкий путь спасения.

Приведённый ознакомительный фрагмент книги О духовной жизни и молитве Иисусовой (сборник) ( Сборник) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

© Спасо-Преображенский Валаамский монастырь, 2017

© В.Г. Горбачёва, В.Ф. Киселькова. Составление, 2017

Выдающийся святитель Феофан Затворник оста вил обширное и драгоценное духовно-литературное наследие. Особое место в нём занимают его ответы разным лицам, просившим у него совета или духовной помощи, решения недоумённых вопросов, утешения в скорбях, облегчения в бедах… Со всех сторон России стекались эти просьбы в Вышинскую пустынь, где преосвященный Феофан пребывал в течение последних двадцати восьми лет своей жизни, причём двадцать два года из них он находился в строгом затворе. До этого им уже был пройден значительный жизненный и духовный путь, отданный служению Церкви Божией на различных поприщах и в разных местах.

Весь величайший и бесценный опыт, накопленный за годы жизни, и особенно в годы затвора, святитель использовал в своей обширной переписке с многочисленными корреспондентами, среди которых были представители всех сословий, от сановников до крестьян. Ежедневно почта приносила от двадцати до сорока писем, и епископ Феофан обязательно отвечал на каждое из них, чутко угадывая духовное состояние и потребности писавшего, и находя для каждого идущее прямо к сердцу необходимое слово. Он обладал редким даром: просто, ясно, лаконично говорить о самых сложных предметах, о самых глубоких вещах.

В 1880-х годах к святителю Феофану за духовным руководством обратился духовник Гефсиманского скита при Троице-Сергиевой Лавре, впоследствии игумен Зосимовой пустыни, о. Герман. Причиной, побудившей о. Германа обратиться к святителю, было желание научиться молитве Иисусовой, к стяжанию которой он стремился в течение всей своей подвижнической жизни. После кончины своего старца, предоставленный самому себе, о. Герман «начал понемногу уклоняться в широту пространного пути, – как он писал в письме к святителю, – сперва стал с большим интересом следить за событиями жизни мира, потом, побуждаемый желанием и другим передать свои впечатления, уже не мог удержаться от продолжительных разговоров и пересудов; наконец, привязался даже к временному, тленному… В душу внедрилась пустота, сердце охладело к молитве, а воспоминание прежней жизни уязвляет меня и побуждает снова искать руководства».

В то же время о. Герман обращался за советом к оптинским и к валаамским инокам. Посетив Валаамский монастырь, он познакомился со схимонахом Агапием (Молодяшиным) и другими старцами. Отец Герман попросил старца дать ему письменное наставление об умном делании Иисусовой молитвы. Отец Агапий был склонен к так называемому «художественному» способу произнесения молитвы, придавая чрезмерно большое значение внешним приёмам молитвенного делания. Когда же о. Герман стал прибегать к этому способу, то внутреннее чувство подсказало ему, что он несовершенен и опасен. Господь, видя со стороны о. Германа искреннее и усердное искание, внушил ему обратиться за разъяснением к преосвященному Феофану. «К Вам, Владыко, я обращаюсь за помощью, к Вашим стопам повергаюсь в надежде, что Вы не откажете научить меня как избегнуть пристрастия к миру, прилепиться всею душою к Богу», – писал он святителю. Между ними завязалась переписка. Читая её, нельзя не заметить, как вначале о. Герман усердно налегал на внешние приёмы молитвы. Он не только спрашивал о них, но даже их отстаивал. В ответ святитель Феофан не советовал ему прибегать к ним, считая их второстепенными и даже опасными при отсутствии опытного руководителя.

Также святитель Феофан нашёл, что «художественное делание» совершаемое о. Агапием не вполне правильно. Когда о. Герман сообщил о. Агапию о советах Вышенского затворника, тот со смирением принял это как отеческое наставление. Между святителем Феофаном и о. Агапием началась переписка, приведшая в скором времени к благим результатам. Опубликовавший эту переписку в Полтавских Епархиальных ведомостях в 1905 году протоиерей Иустин (Ольшевский, в монашестве – Сильвестр, с 1915 г. – епископ Омский и Павлодарский) писал в своём заключительном слове: «Таковы девять писем высокого наставника к достойному ученику. В письмах одинаково поражают смирение и глубина разумения сокровеннейших высоких движений духа в одном, высота духа вместе с детской простотой – в другом. «Всё (в душе) должно быть поглощено чувством к Богу, или сокрушением, или благодарением, или славословием, или прошением чего потребного для души и для тела, и для внешнего положения, с верою и упованием», – разъясняет иноку незабвенный владыка Феофан. Как это потребно и для нас, пастырей, в нашем пастырском деле».

В первой части данного сборника мы предлагаем читателю письма святителя Феофана, написанные им к схиигумену Герману и к схимонаху Агапию, а также наставления «О молитве Иисусовой, словесно, умно и сердечно совершаемой», составленные схимонахом Агапием и его сподвижниками, просмотренные и исправленные святителем Феофаном, затворником Вышенским.

Обращаем внимание читателя на то, что в пятом и шестом письмах святителя Феофана к схимонаху Агапию, он обращается к иеромонаху Агафангелу (Амосову), ставшему впоследствии настоятелем Александро-Свирского монастыря.

Делание Иисусовой молитвы продолжило следующее поколение валаамских иноков. В 1971 г. в Брюсселе была издана книга С. Н. Большакова «На высотах духа», в которой опубликованы его беседы с иноками и мирянами о духовной жизни и молитве Иисусовой. В частности, автор беседовал с известными валаамскими старцами – иеросхимонахом Михаилом (Питкевичем) и схиигуменом Иоанном (Алексеевым). Старцы, прежде всего, советовали и монахам и мирянам, делателям Иисусовой молитвы «иметь глубокое смирение и отнюдь не мнить». «Для чего мы читаем молитву Иисусову? – говорил о. Иоанн. – Чтобы, постоянно помня Господа и каясь в грехах, прийти в духовное умиротворение, внутреннее безмолвие и любовь к ближнему и правде, – тогда мы живём в Боге, Который есть любовь».

Переписка святителя Феофана Затворника с отцами Германом и Агапием, а также беседы С. Н. Большакова с делателями Иисусовой молитвы XX века, имеют непреходящее значение для современного читателя. В них запечатлён бесценный духовный опыт великих подвижников Православия, который, предохраняя от ошибок и ложного понимания духовной жизни, наставляет на истинный, узкий путь спасения.

В предлагаемом читателю сборнике собраны письма святителя Феофана Затворника, написанные им к схиигумену Герману (Гомзину) и к валаамскому схимонаху Агапию (Молодяшину), а также письма о. Агапия к о. Герману и наставления «О молитве Иисусовой, словесно, умно и сердечно совершаемой», составленные схимонахом Агапием и его сподвижниками, просмотренные и исправленные святителем Феофаном, затворником Вышенским. Во второй части книги опубликованы беседы С. Н. Большакова с иноками и мирянами о духовной жизни и молитве Иисусовой. Переписка святителя Феофана Затворника с отцами Германом и Агапием, а также беседы С. Н. Большакова с делателями Иисусовой молитвы XX века имеют непреходящее значение для современного читателя. В них запечатлён бесценный духовный опыт великих подвижников Православия, который, предохраняя от ошибок и ложного понимания духовной жизни, наставляет на истинный, узкий путь спасения.

Здравствуйте, уважаемые слушатели! В книжной серии «Путь умного делания» ожидается пополнение – готовятся к выходу в свет две новые работы. О них я и хочу коротко рассказать. Но прежде несколько слов о концепции самого проекта.

Издательский проект «Путь умного делания» существует более десяти лет. Замысел проекта и начало его разработки относятся к 1997 году. Вдохновил на это деяние и благословил его архимандрит Кирилл (Павлов). Первое издание вышло в свет в 1999 году. В дальнейшем ощутимую духовную поддержку проекту оказали уважаемые архипастыри и пастыри, многие монашествующие из разных пределов России, из зарубежья, со Святой Афонской Горы.

Цель нашего проекта – помочь знакомству со святоотеческим Преданием, с теоретическими и некоторыми практическими аспектами молитвенной жизни, с аскетической традицией православия, традицией, основание которой зиждется на принципах древнейшего учения исихазма.

Что касается книжных выпусков серии, то попробуем уточнить, о чем, собственно, эти книги. Прежде всего: о внутренней жизни и внутреннем подвиге христианина. Но чем они могут быть интересны для широкого круга читателей, когда тематика их довольно специфична и ориентирована, как кажется, на углубленных в молитвенное делание иноков?

Дело в том, что мы задаемся жизненно важными вопросами, которые касаются буквально каждого верующего. И затем ищем на них святоотеческие ответы. Что это за проблемы, прежде всего? Любой мало-мальски знакомый с церковной, с духовной литературой человек встречал высказывания подвижников самых разных эпох о том, что молитва есть «наука из наук», что молитва – это «искусство из искусств». Наш ум обычно скользит по этим знакомым словам, не усиливаясь проникнуть в их смысловую глубину. Если же вдруг проник бы, то мы бы остановились. И призадумались.

Отцы, чьи заветы хранит Предание, не могли празднословить. Каждое слово их исполнено значительности и произнесено с полной ответственностью. Это и нас обязывает к вниманию, побуждает к рассуждению. Здравомыслящему очевидно, что любая наука и всякое искусство требуют непременного обучения и подготовки, даже для достижения ремесленного уровня, не говоря уже о мастерстве. Но если так бывает с искусством самым обычным, то что же сказать о молитвенном делании, которое отцами ставится выше всех прочих творческих дел?

В то же время, пастыри наши часто ограничиваются таким наставлением: «Молись в простоте, молись от души, Бог услышит. » Для многих это звучит успокоительно. А точнее сказать – усыпительно. Они склонны понимать это так, что никакой особой науки молитвенной не имеется, что простота в данном случае сродни примитивности и нечего здесь особенно изучать.

Можно, конечно, и на этом остановиться. Многие и останавливаются. Многие так и молятся – в этакой простоте. Но тогда возникает другой вопрос. Кто не знает еще одного известного выражения, которое так любят повторять проповедники, кто не помнит слов прп. Серафима Саровского о том, что смысл и цель христианской жизни заключается в стяжании Духа Святого? Все помнят. Но вот вопрос: а где же наши стяжания? Почему мы их не ощущаем? Ведь если годами добросовестно ходим на службы, исповедуемся постоянно и причащаемся регулярно, то мы должны уже были бы не скажем, что сиять святостью, но хотя бы должны были подрасти духовно, возмужать, обрести, наконец, зрелость духовную. Так ли это на деле? Положа руку на сердце, скажем: да нет, конечно.

В чем же дело? Скорее всего, в том, что мы не знакомы даже с азами, с элементарными методами молитвенного искусства. В чем смысл, например, подготовки к причастию Святых Тайн, как того требует наша традиция? Почему нужно строго поститься, тщательно исповедоваться и каяться от души, усердно молиться дома и, наконец, глубоко вживаться в литургическое действо, погружаясь в богослужение всем умом и пропуская его сквозь сердце? И лишь после этого приступать к Святым Тайнам.

Подготовка нужна для стяжания благодати Святого Духа. Для того, чтобы стать способным к живому общению со Христом. Покаянием и постом мы очищаем духовный сосуд, предназначенный для святыни, настраиваем в должном порядке все силы души. Молитвенная подготовка и дома, и в храме необходима, чтобы оторвать нас от мира, приподнять от земли, привести в более утонченное состояние сознания, ибо это о нас говорится: отолсте бо сердце людий сих, и ушима тяжко слышаша, и очи свои смежиша[1].

Молитва, если она действенна, пробуждает наш омертвелый дух. И тогда не только узрят очима, и ушима услышат, но и сердцем уразумеют, и вот тогда, говорит Спаситель, и изцелю их[2]. Тогда только, при молитвенном утруждении, отверзаются потаенные входы в сердце, раскрывая его для восприятия действа Духа Святого, проникающего «во уды моя, во вся составы, во утробу, в сердце. »[3] и вершащего в нас обоживающее Таинство.

Но если поститься сумеет каждый, – здесь и впрямь не требуется особого обучения, – то можно ли то же сказать о молитве? Ведь молитва – это не просто что-то прочесть, не просто нечто прослушать, не просто выстоять службу. Что же такое молитва?

Видео (кликните для воспроизведения).

Ответить на этот вопрос основательно нам не позволит формат передачи. Даже нескольких передач. Можем только сказать: это то, чему надо учиться. Если хотим уготовить себя к стяжанию даров Божественной благодати. Тех даров, что в конечном итоге станут дарованием Царства Небесного.

В таинствах Бог дает нам живительную энергию Своих «Божественных боготворящих благодатей»[4]. И мы ее, конечно, получаем. Но как получаем, так и утрачиваем. Когда не готовы ее воспринять, удержать и усвоить. Приступающего к Евхаристической Чаше Господь Сам посещает и Сам приемлет его в Себя. Но как посещает, так же и покидает, если не уготованною ко встрече оказывается вся внутренняя моя[5], если мы не способны Его принять. Если мы не обучены тому, как, приняв Его, удержать. Если не знаем, как с помощью умно-сердечного трезвения содействовать усвоению благодати: преодолению ветхости, обновлению нашего естества.

И тогда, облекшись было в одежды нетления, я вновь остаюсь и нищ, и наг. «Хитон мя обличает, яко несть вечерний. »[6] И тогда я могу услышать от Господа: друже, како вшел еси семо не имый одеяния брачна?[7]

Когда душа не готова, когда не раскрыто в молитве сердце, мы остаемся теми же, что и были, в том же облачении ветхости. Божественная благодать, едва коснувшись нашей души, ускользает, оставляя нас по-прежнему опустошенными. Дух Божий, едва ступив в горницу и найдя ее не уготованной[8], не задерживаясь – удаляется.

Без очистительного молитвенного трезвения, предваряющего и последующего Святым Тайнам, невозможно полноценно войти «в Духа Святаго общение»[9], нет возможности удержать в себе бесценное сокровище благодати и самому невозможно удержаться за ризу Христову. Тогда и «уды моя», и «вся составы» остаются не преображенными обоживающим Таинством. И такое может происходить с нами годами. Так может длиться всю жизнь. Если мы не вникаем в науку молитвы, если не постигаем основ отеческого учения, не овладеваем боевым духовным искусством трезвения.

Вот та тематика, которой посвящен авторский проект «Путь умного делания», таковы проблемы, побуждающие нас к поиску их святоотеческого разрешения. Вот о чем наши книги. О том, зачем нужно молиться, о том, как нужно молиться.

Теперь о том, что ожидает читателей в ближайшее время.
В свет выходит новая версия первого тома нашей четырехтомной монографии «Молитва Иисусова: Опыт двух тысячелетий». Первый том уже издавался в 2004 году, нынешний вариант основательно переработан и значительно дополнен. Книга будет поэтому интересна и тем, кто уже читал ее в прежней редакции. Это будет новым прочтением.

Книга даст пищу для размышления христианам самого разного возраста и устроения: и тем, кто ведет свою духовную брань в миру, и тем, кого Господь удостоил отречься от мира. Надеюсь, что книга многих вдохновит на изучение святоотеческого наследия, что она расположит душу читателей к молитвенному образу жизни. А главное, укажет практический путь к подъятию посильного личного подвига.

И еще одним изданием пополнилась наша книжная серия. «О молитве Иисусовой: Аскетический трактат» – так называется новая публикация. Это обновленный и дополненный вариант моей книги «О молитве Иисусовой и Божественной благодати», впервые увидевшей свет в 2000 году и в свое время хорошо известной в кругах, имеющих интерес к исихазму и молитвенной практике.

В нынешнем издании читатель найдет более насыщенные комментарии к трактату, где освещаются самые актуальные в практическом отношении моменты святоотеческого учения о молитве, которые, в свою очередь, рассматриваются в сопоставлении с опытом современных подвижников.

В книге приведены ранее не публиковавшиеся биографические сведения о нелегальном епископе Антонии (Голынском), чьи келейные записи послужили нам материалом для составления трактата «О молитве Иисусовой». Здесь же помещены краткие воспоминания духовных чад об этом подвижнике.

Открывает книгу вступительная статья на очень важную для всех нас тему. Речь идет о том, что умное делание не есть удел только особых избранников исихастов-пустынников. Конечно, внутренний подвиг – это особый род бытия, особенный образ жизни. Но, что самое главное, – образ жизни, доступный, в своей мере, каждому подвизающемуся христианину, независимо от внешних условий, в которые он помещен Промыслом Божиим, образ жизни, доступный в определенной форме на всяком месте и в любую эпоху. Надо подчеркнуть, что иначе и быть не может. Так как учение о внутреннем делании, учение исихазма коренится в самом Евангелии.

Этот вид духовного подвига зародился в апостольские времена и стал стержневым путем в Православии. По сути, он представляет собой опыт живого богообщения. Внутренний подвиг в течение двух тысяч лет по-своему воплощался в опыте каждого поколения христиан, начиная с первых общин и первых великих отцов пустыни – преподобных Антония, Пахомия, Макария. Веками учение исихазма развивалось в созвучии с эпохой, с этническими и культурными особенностями своих носителей, обретая при этом своеобразные черты. Но, вместе с тем, оно всегда оставалось единым магистральным потоком в духовной традиции Православия.

Исихазм – это термин, который на Руси никогда общепринятым не был. Но самая сущность аскетического метода исихастов изначально заложена в фундамент русского подвижничества и является корневой системой отечественной традиции. Это прежде всего практика умного трезвения в сердечной молитве Иисусовой, это соединение ума с сердцем в духе, ради очищения души от страстей, стяжания обоживающей благодати и всецелого единения со Христом.

Синонимы понятия исихазм на Руси – это священнобезмолвие и пустынножительство. Сама же идеология исихазма, как и аскетические методы, были восприняты в нашем Отечестве одновременно с принятием христианства. Начало полагает в Пещерах Киева прп. Антоний. Затем по всей земле нашей образуются великие духовные центры, возникает несчетное множество уединенных скитов и пустынных келий. Веками сонмы безмолвников исихастов, чьи имена даже неведомы миру, восходят к вершинам духовного совершенства. Подвиг затворников, отшельников и молчальников становится самой характерной чертой русской аскезы.

В эпохи гонений, во времена духовного упадка традиция внутреннего подвига, безмолвничества и старческого руководства начинает утрачивать свое истинное значение, встречает непонимание, более того – отвержение. В церковном мире начинает преобладать идеология внешнего подвига, и даже в иноческой среде приоритет получает социальное служение обществу. В эти периоды, под влиянием чуждого Православию духа, традиция, как кажется, предается забвению.

Но так видится лишь стороннему наблюдателю, это то, что доступно восприятию внешних. На самом деле традиция не пресекается и никогда не отмирает. Она хранится верными. Но – сокровенно. Хранится, как не метаемый бисер, как не попираемая святыня[10]. Жива она, разумеется, и поныне.

Трактат «О молитве Иисусовой» – это обращение к широкой аудитории. Он написан в самой простой, доступной любому христианину форме и рассчитан на восприятие людей начинающих. Что особенно важно, здесь подробно, начиная с самых азов, освещены предварительные этапы молитвенной практики.

Если обширная монография «Молитва Иисусова: Опыт двух тысячелетий» предполагает некоторую подготовленность читателя и затрагивает широкий круг смежных тем, то «Трактат», напротив, в предельно кратком и доходчивом изложении знакомит с самым существом дела – с традиционным для Православия методом стяжания умной и сердечной молитвы.

И последнее, что важно отметить. Серьезность тематики никого не должна смущать или отпугивать. Знакомство с этой книгой будет полезно и тем, кто считает себя еще не готовым приступать к серьезным занятиям молитвой Иисусовой. И такой читатель «Трактата» не останется обделенным. Он обогатится познанием основ аскетического учения, знакомством со святоотеческим преданием, с духовной традицией, которая открывает путь к реальному живому богообщению.

Причем читатель найдет у нас не только теорию, но узнает о практических методах отеческого учения, дающих оружие для борьбы с помыслами, для преодоления греховных страстей и очищения своего сердца. Он узнает о приемах духовного боевого искусства, позволяющего христианину стяжать навыки воина Христова, искусства, открывающего доступ к деятельному возрастанию в Духе на пути исполнения заповедей Христовых.

В издательстве «Лучи Софии» (Минск) вышел сборник игумена Харитона (Дунаева) «Умное делание. О молитве Иисусовой. Сборник поучений святых отцов и опытных ее делателей».

Сборник можно назвать учебником или справочником об искусстве молитвы. В нем игумен Валаамского монастыря собрал и систематизировал около четырехсот поучений разных святых и подвижников благочестия в целом о молитвенном делании и в частности о молитве Иисусовой. Игумен Харитон поместил здесь цитаты из творений свт. Феофана Затворника, свт. Игнатия (Брянчанинова), свт. Григория Паламы, свт. Иоанна Златоуста, св. Иоанна Кронштадтского, прп. Паисия Величковского и многих других. Издание это было впервые напечатано в 1936 году и с тех пор имело огромное число переизданий, так как уже не одно поколение православных людей убеждается в его безусловной духовной пользе.

Что такое молитва? В чем ее сущность? Как научиться ей? Что переживает дух молящегося в смирении сердца христианина? Все эти вопросы должны бы постоянно занимать ум и сердце верующего, ибо в молитве человек беседует с Богом. И святые отцы, и учители Церкви дают ответы, основанные на благодатном озарении через опыт молитвенного делания, одинаково доступный и простецу, и мудрецу. Эти ответы собраны на страницах книги «Умное делание. О молитве Иисусовой. Сборник поучений святых отцов и опытных ее делателей».

Сборник составил в 30-х годах прошлого века игумен Валаамского монастыря Харитон (Дунаев). Книга неоднократно переиздавалась в России и за рубежом. Обращаясь к читателям, автор-составитель в предисловии пишет: «Среди вас есть многие, которые не знают, в чем состоит внутреннее дело богомысленного человека, а также не понимают, что такое богомыслие. И есть такие, кто ничего не знают о творимой умом молитве, но думают, что только теми молитвами подобает молиться, которые написаны в книгах церковных. Что же касается тайной беседы с Богом в сердце и происходящей отсюда пользы, они об этом отнюдь не знают и никогда не вкушали духовной сладости сего».

Автор сравнивает таких людей со слепорожденными. Тот, кто от рождения бывает слеп, тот «только слышит о солнечном сиянии, что же такое сияние, не знает». Так и те только слышат о богомысленном поучении и молитве, понимать же не понимают, по невежеству своему лишаются многих духовных благ. Посему, ради наставления простых, предлагается здесь кое-что для внутреннего обучения и для богомысленной молитвы, чтобы желающий с Божией помощью начал хоть немного наставляться. Духовное обучение внутреннего человека, по словам отца Харитона, начинается с таких Христовых слов: «Егда молишися, вниди в клеть твою и, затворив дверь твою, помолися Отцу твоему втайне» (Мф. 6, 6).

При пострижении в монашество, когда вручаются четки, называемые при этом мечом духовным, завещается непрестанное, денно и нощно моление молитвою Иисусовою. «По вступлении в обитель, – рассказывает игумен Харитон, – я возревновал о сем завещании для иноков и был руководим в этом своим старцем, который разрешал все мои недоумения, встречающиеся при молитве. По смерти же старца, за разрешением недоумений я был вынужден прибегать к писаниям богомудрых отцов. Извлекая из них существенное о молитве Иисусовой, я записывал все это в свою тетрадь, и таким образом с течением времени у меня составился сборник о молитве».

Как отмечает автор, «материал сборника разрастался из года в год, и потому не имеет строго систематического порядка и последовательности предметов». Для его составителя он служил справочником. Потом отцу Харитону пришла мысль издать сборник, в надежде на то, что, быть может, он поможет тем, кто ищет руководства для усовершенствования своей внутренней духовной жизни.

В сборнике встречаются повторения одного и того же – от искреннего желания сильнее запечатлеть в уме все то, о чем пишется. Итак, цель издания данного сборника – разнообразными способами и многократными повторениями уяснить способ производства Иисусовой молитвы, показать всю ее необходимость в деле нашего духовного служения Богу. Словом, напомнить как современному монашеству, так и всем ревнующим о своем душевном спасении древлеотеческое учение об умном делании и о борьбе со страстями.

Тем более, что ныне о молитве Иисусовой, по словам святителя Игнатия, «люди, большею частью, имеют самое темное, сбивчивое понятие. Иные, считающие себя за одаренных духовным рассуждением и почитаемые многими за таковых, «боятся» этой молитвы, как какой заразы. Приводя в причину «прелесть» – будто бы непременную спутницу упражнения молитвою Иисусовою, сами удаляются от нее и других учат удаляться».

Далее святитель Игнатий говорит: «Изобретатель такого учения, по моему мнению, диавол, которому ненавистно имя Господа Иисуса Христа как сокрушающего всю его силу; он трепещет этого всесильного имени и потому оклеветал Его пред многими христианами, чтобы они отвергли оружие пламенное, страшное для врага, спасительное для них самих».

Сам собиратель, не смея и подумать назвать себя «умным молитвенником», осмелился лишь извлечь из сокровищницы святых отцов их богомудрые советы о непрестанной молитве.

В настоящий сборник входит около четырехсот изречений святых отцов и современных нам подвижников и, кроме того, целые поучения опытных в молитвенном подвиге подвижников благочестия, таких, как святитель Димитрий Ростовский, архимандрит Паисий Величковский, старец схимонах Василий. Вниманию читателей предлагается указатель, в котором перечисляются приведенные в книге изречения отцов, с указанием авторов и книг, откуда заимствованы сии изречения, со ссылкой на страницы настоящего сборника, на которых они напечатаны.

Молитва Иисусова имеет основополагающее значение в аскетической практике хранения ума и сердца, сначала от греховных помыслов и ощущений, а по мере преуспевания — от рассеяния помыслов, и приводит к стоянию ума (единение ума в самом себе в умном предстоянии Богу) на степени созерцания, что является встречей с Богом и плодом моления. По преимуществу за ней закреплено название умного делания. Молитва Иисусова также называется умно-сердечным деланием (поскольку требует объединения ума и сердца в призывании имени Иисуса Христа), деланием сердца, умной молитвой, тайной молитвой, священной молитвой, сердечной молитвой, затвором ума и сердца, трезвением, хранением ума.

В настоящий сборник вошли три самостоятельные публикации, связанные между собой одной общей темой — Иисусова молитва.

Как сборник игумена Харитона так и книга Аллы Сергеевны свидетельствуют о том, сколь духовно плодотворна сама почва, на которой они выросли. И в том и в другом случае книги возникли в результате впитывания в себя самого духа умно–сердечной молитвы. И в том и в другом случае это творчески активный молитвенный опыт. Сборник игумена Харитона предназначен в основном для людей воцерковленных и по достоинству может быть оценен прежде всего теми, кто уже вступил на путь молитвенного делания. Книга же Аллы Сергеевны по своей форме и характеру изложения оказывается понятнее более широкому кругу читателей. Для многих и особенно для тех, кто еще стоит на распутии своего внутреннего духовного устроения, эта, казалось бы, компилятивная книга Аллы Сергеевны даст возможность почувствовать вкус к умно–сердечной молитве и может стать своеобразным начальным пособием, легко и просто вводящим в такой трудный и главное такой далекий для внешнего человека мир как Иисусова молитва.

Во второй части сборника читатель найдет воспроизведение живой беседы с одним из современных делателей Иисусовой молитвы схимонахом Никодимом, подвизавшимся на Афоне. Эта беседа как бы предваряет третью часть нашего сборника, в которой публикуется «молитвенный дневник» другого Афонского старца, Феодосия, духовного отца старца Никодима.

Св. Гора Афон с древнейших времен стала средоточием православного монашества, начало которому было положено здесь еще в 681 году. Тогда на этом полуострове Средиземного моря поселился бывший Константинопольский военный сановник Петр, прозванный впоследствии Афонским. В сонном видении отшельнику явилась Богородица и сказала об Афоне: «Весьма бо люблю это место, и хочу на нем умножить иноческий чин. Милость же Сына Моего и Бога пребудет во веки к тем, кои там будут иночествовать, если они исполнят спасительные заповеди. И распространю их в горе той на юг и на север, и возобладают они ею от моря до моря, и имя их прославлю во всей подсолнечной и защищу тех, кои в постничестве и терпении будут там подвизаться». И действительно, под вышним покровом Богородицы, Которая, по преданию, еще в Своей земной жизни выбрала Афон как Свой апостольский жребий, монашество быстро распространилось на Св. Горе. Благоприятствовала этому и сама природа, и территориальная обособленность полуострова. Впрочем, волнения и бедствия внешнего окружающего мира часто нарушали монашескую молитву.

Познал Афон и страшную бурю иконоборческой ереси, и военные нападения сарацин и крестоносцев, во время которых многие монахи приняли мученический венец ради Христа. Во всех духовных бранях с многочисленными лжеучениями, Афон, как тот дом, который был основан по заповеди Спасителя не на песке, а на камне, камне догматической чистоты вероисповедания, оставался символом непоколебимости Православия. В наше время, страдающее в первую очередь от экуменической ереси, афонское монашество, как и прежде, стоит на страже чистоты Православия и своими посланиями напоминает православным иерархам и верующим об их ответственности за Церковь Христову.

Глубинными корнями с духовными традициями Святой Горы была всегда связана и жизнь нашего русского монашества. У ее истоков стоит Антоний Киево–Печерский, подвизавшийся вначале на Афоне и перенесший с него на Русь образ иноческой жизни. Многие лучшие явления истории Русской Церкви проистекают из сокровенного источника — духовного опыта святогорцев. На основе афонской традиции, например, зиждется возрождение монашеской жизни в России в конце XVIII века, ярким выражением которого стало столь благодатное для всей Русской Церкви старчество Оптиной пустыни.

Помимо 20 монастырей Афон насчитывает множество скитов и т. н. «келий», в которых жили и живут маленькие братства величиной до 10–15 человек.

Видео (кликните для воспроизведения).

Многие отшельники–пустынножители обитают в южной части полуострова, на отвесных скалах Карулии, выступающих прямо из моря. Здесь на Карулии подвизался и автор публикуемого нами «Молитвенного Дневника», старец Феодосий, и его послушник, схимонах Никодим.

О молитве Иисусовой сборник
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here